Из владеющих в должной мере Стихией Земли оставались только Радомир, Лилиана и он сам. Отправлять старушку в тот Ад, который, как живо представил Вальдемар, творился на нулевом этаже, не хотелось. Значит или он, или маг первой категории.

– Я помогу! – вмешался Эль Койот, который до сих пор довольно резво, несмотря на хромоту, бегал между магами, оказывая посильную помощь. Его прикосновение, казалось, возвращало силы и изгоняло отчаяние. Может, и правда экстрасенс? – Я справлюсь!

– Да пусть идёт! – неожиданно поддержал его Радомир. – Тут всё равно толку нет!

«А там?» – хотел спросить Вайс, но махнул рукой. Спорить некогда. Доказывать что-то бессмысленно. Бой вступил в ту стадию, когда излишнее вмешательство может лишь помешать.

– Яше-музыканту привет! – крикнул Радомир в спину бодро ковыляющему по лестнице экстрасенсу-самоучке. – От меня лично передай! Не забудь!

Его настойчивость слегка резанула обнажённые нервы Вайса. Тоже мне – друзья-не-разлей-вода. Давно ли приходили жаловаться на недочёты друг друга? По одному приходили, но с ворохом претензий. Ну, да и ладно! Помирились, значит, молодцы!

– Эй, вы там! Сильный пол! – выкрикнула Анна-библиотекарь. – Не заболтались? А то тёмные мимо проходят!

Не успел Вайс повернуться к окну, как здание Братской школы потряс мощный удар. Содрогнулись стены. Хлопнули, со звоном теряя стёкла, распахнутые перед боем оконные рамы. Сверху, на головы магов полетела какая-то труха, строительный мусор, щепки…

Защитники невольно попытались спрятаться. Кто присел на корточки, кто сгорбился, прикрывая голову руками, кто прижался к стене, стараясь стать плоским и незаметным. Вальдемар поднял взгляд. Прямо над ним ветер гнал тяжёлые дождевые тучи. Крыши не было.

– Ну, это вообще!!! – возмутился профессор, вскидывая к небу ладони с растопыренными пальцами. – И к нам пришёл дождь, постучался в балконные окна, отбивая чечётку обычного танца!

Косые струи ударили, словно стальные клинки.

– Причёску замочишь! – взвизгнула та Анна, которая писала замечательные стихи и готовилась будущей весною проходить квалификационные испытания на мага первой категории.

– Нечего без зонта на задание ходить! – весело ответил Исаев. И продолжил. – Светофор под дождём, Эльсинор под дождём, хабанера, корабли в отдалении прибыли вовремя в Трою…

Дождь прошёл по рядам тёмных частым гребнем, сбивая с ног, волоча по грязному асфальту, унося куда-то вниз по проспекту. Хотелось бы верить, что к реке. Зажатая в бетонные плиты свинцовая рябь Кальмиуса шевелилась не далее, чем в полукилометре. Кое-кто из молодых магов мог бы задать глупый вопрос – если профессор обладал заклинанием такой силы с самого начала, то почему не воспользовался им ещё полчаса назад, сохранив жизнь многим соратникам? Но Вайс видел ответ собственными глазами – Исаев наливался кровью, вздулись жилы не только на шее, но и на висках и даже на лбу. Сколько их было – магов-хранителей умерших в разгар боя от инсульта или инфаркта? Если начать составлять списки, наберётся на книгу памяти немалой толщины. А всё потому, что работая со Стихиями, человек впадает в транс, подобно трудоголику, у которого вдруг начало спориться любимое дело, и перестаёт себя контролировать.

Атака тёмных захлебнулась в полном смысле этого слова. Те из них, кто устоял на ногах благодаря надёжной защите, потянулись назад, укрываясь позади здания, некогда принадлежавшего «Икар-банку». Среди них Вайс наконец-то разглядел и Зосю Сигизмундовну. Вот бахнуть бы файерболлом…

Но главное внимание Вальдемара сейчас, всё же, привлекал Исаев.