—     Кто рассказал тебе про город на Свияге?

—     Рассказу я бы не поверил, я сам там был.

—     Что видел, говори!

—     Там на Крутой горе стена, кругом ров глубокий, три малые башни, а у ворот большая. Стена высокая, из толстых бревен, во¬рота под железом. Бойниц много...

—     Кто в крепости сидит?

—     Хан Шигалей, городецкие татары, Аказ и горные черемисы, чуваши были...

—     Опять этот шайтан Шах-Али! Ублюдок сатаны! Черемис много?

—     Было много, теперь разошлись по домам.

—     Почему разошлись?

—     Воевода князь Плещеев начал наши илемы грабить.

—     Слава аллаху! Не зря Кучак говорил мне, что черемисы Москве служить не будут. Аказа надо поймать и убить. Смо¬жешь ли?

—     С ним русские ратники. Много.

—     Не бойся. Я дам тебе тысячу джигитов. Вот приедет мурза... Убей Аказа — и ты будешь лужавуем Горной стороны.

—     Рука твоя, могучий, беспощадна и тверда,— Сююмбике ода¬рила хана ласковым взглядом,— и ею управляет мудрость. Но прежде чем карать ослушников, надо бы кое о чем подумать. Пакман тебе говорил, а мне более того известно, что у черемис верности Москве нет, они из Свияжска бегут...

—     Но и сторонников Москвы немало! Один Аказ чего стоит. Он без стариков к царю идти не посмел бы.

—     Верно. Аказа, как и Тугу, в Горном краю любят, ему верят. Так зачем же убивать его? Надо его к Казани приблизить, твоим верным слугой сделать.

—     Кучак говорил...

—     Ты не верь Кучаку. Если бы не он, Аказ давно бы с нами был. И сейчас еще не поздно его к тебе приклонить.

—     Посоветуй, как?

—     Нужно возвратить Аказу жену. Он до сих пор один и, стало быть, ждет ее и любит. А любя, будет ее слушаться. А она нас будет слушать.

—     Будет ли?

—     Над нею благословение аллаха,— сказал сеит.— Она давно веру Магомета приняла.

—     Где ты ее прячешь?—спросил хан.— Почему я не видел ее

ни разу?

—     Она в моих покоях. Эй, Абдулла! Сходи ко мне, там разыщи Эрви, приведи сюда.

—     Ты думаешь, она поможет нам?—спросил Сафа, когда слу¬га ушел.— Сейчас она все будет обещать, чтобы домой попасть

—     Она дала нам клятву на Коране. Да и Пакман ей помогать будет. Если что, он ей напомнит о Коране. Ты, слышишь, Пакман?

—     Напомню, великая.

Когда Абдулла ввел Эрви, Пакмана спрятали за ширмой. Эрви, увидев хана, пала на колени.

—     Встань, Эрви,— ласково сказал Сафа.— Ты не слуга. Царица мне сказала, что ты подруга ей.

—     Могучий и милостивый хан велит отдать тебя ему.— Сю- юмбике ласково положила руку на плечо Эрви. Та закрыла лицо руками.

—     Ты не бойся, красавица,—сказал хан.— Я хочу отпустить тебя в Нуженал. Твой муж просил об этом. Ты там будешь ему опорой.

—     Благодарю тебя, великий! — Эрви снова пала на колени.