|
А когда люди убьют жадность, когда они освободят себя из плена подневольного труда... Она редко понимала смысл его слов, но чувство спокойной веры, оживлявшее их, становилось все более доступно для нее. -- На земле слишком мало свободных людей, вот ее несчастие! -- говорил он. Это было понятно -- она знала освободившихся от жадности и злобы, она понимала, что, если бы таких людей было больше, -- темное и страшное лицо Жизни стало бы приветливее и проще, более добрым и светлым. -- Человек невольно должен быть жестоким! -- с грустью говорил Николай. Она утвердительно кивала головой, вспоминая речи хохла. IX Однажды Николай, всегда аккуратный, пришел со службы много позднее, чем всегда, и, не раздеваясь, возбужденно потирая руки, торопливо сказал: -- Знаете, Ниловна, сегодня из тюрьмы бежал один из наших товарищей. Но кто он? Не удалось узнать... Мать покачнулась на ногах, охваченная волнением, села на стул, спрашивая шепотом: -- Может быть, Паша? -- Может быть! -- ответил Николай, вздернув плечи. -- Но как ему помочь скрыться, где его найти? Я сейчас ходил по улицам -- не встречу ли? Это глупо, но надо что-нибудь делать! И я снова пойду... -- Я тоже! -- крикнула мать. -- Вы пойдите к Егору, не знает ли он что-нибудь? -- предложил Николай, поспешно исчезая. Она накинула платок на голову и, охваченная надеждой, быстро вышла на улицу вслед за ним. Рябило в глазах, и сердце стучало торопливо, заставляя ее почти бежать. Она шла встречу "возможного, опустив голову, и ничего не замечала вокруг. "Приду, а он там!" -- мелькала надежда, толкая ее. Было жарко, она задыхалась от усталости и, когда дошла до лестницы в квартиру Егора, остановилась, не имея сил идти дальше, обернулась и, удивленно, тихонько крикнув, на миг закрыла глаза -- ей показалось, что в воротах стоит Николай Весовщиков, засунув руки в карманы. Но когда она снова взглянула -- никого не было... "Почудилось!" -- мысленно сказала она, шагая по ступеням и прислушиваясь. Внизу на дворе был слышен глухой топот медленных шагов. Остановясь на повороте лестницы, она, нагнувшись, посмотрела вниз и снова увидала рябое лицо, улыбавшееся ей. -- Николай! Николай... -- воскликнула она, опускаясь встречу ему, а сердце разочарованно заныло. -- А ты иди! Иди! -- негромко ответил он, махнув рукой. Она быстро взбежала по лестнице, вошла в комнату Егора и, увидав его лежащим на диване, задыхаясь, прошептала: -- Николай бежал... из тюрьмы!.. -- Какой? -- хрипло спросил Егор, поднимая голову с подушки. -- Их там двое... -- Весовщиков... Идет сюда!.. -- Чудесно! Он уже вошел в комнату, запер дверь на крюк и, сняв шапку тихо смеялся, приглаживая волосы на голове. Упираясь локтями в диван, Егор поднялся, крякнул, кивая головой: -- Пожалуйте. |
