Изменить размер шрифта - +
А в Эвергейле не так, чтобы очень глубоко объясняют эти темы.

— Ну, ты, хотя бы, уже после реформы учился, — буркнул капитан, намекая на то, что учился еще в те времена, когда тогда еще Великий Князь Павел Агров не провел через Парламент реформу образования. — В чем суть, если быстро?

— Если быстро — чем им больнее и страшнее, тем проще проводить… — Арди не сразу смог выговорить следующее слово. — Эксперименты.

Милар выдохнул и покачал головой.

— Знаешь, что, Ард? Иногда мне кажется, что без вас, без магов, что Звездных, что Эан’Хане, мир был бы лучше, — капитан бросил мимолетный взгляд в одну из келий и тут же отвернулся. — А потом я понимаю, что, наверное, ничего, в целом, не поменялось бы.

— Пожалуй, — Ардан не стал спорить и защищать Звездную науку.

 

« Ты даже не представляешь, парень, на что способна Звездная Магия, когда на неё не накладывают государственные запреты…»

 

Март Борсков был прав. Правда Арди, оказавшись во всем этом дурно пахнущем вареве, уже как-то и не хотел представлять, но что были способны обладатели Звезд, у которых, к сожалению, отсутствовал моральный компас. Или же, как в случае с Леей Моример, оказывался сломан.

Наконец они оставили кельи, покрытые засохшими кровью и слезами, за спиной и вышли к тому месту, куда свалились Плащи. Скорее всего изначально здесь действительно находилась техническая платформа, которую только впоследствии переоборудовали под ловушку.

Об этом говорили характерные следы на стенах, оставленные рабочими инструментами и, разумеется, магией.

— А вы не особо торопились, — прозвучал знакомый голос.

Петр Огланов, все такой же тучный, с залысиной, со сморщенной кожей, покрытой отметинами злоупотребления алкоголем; с круглым лицом и умными глазами. Сейчас к образу добавилась наспех перевязанная рука, висевшая на связанной рукавами рубашке, волосатое пузо, усеянное гематомами и порезами, а еще улыбка, в которой не хватало нескольких зубов.

Рядом же с Оглановым на холодном полу, прислонившись спиной к железным зубьями, которые приварили к подъемной платформе, лежала его помощница. Ардан помнил её миловидной, молодой девушкой. А теперь…

Теперь, пожалуй, стоило надеяться, что её психика пострадала не так же сильно, как и тело. Хотя вряд ли.

— Я бы сказал, что рад вас видеть, молодой человек, — Огланов не сводил взгляда с Арда и явно старался не смотреть в сторону израненной, тяжело дышащей помощницы. — но, пожалуй, учитывая обстоятельства, предпочел бы не видеть вас вплоть до момента, как в моем доме заиграла бы музыка, которую я бы уже не слышал.

Милар подошел ближе и коротко спросил:

— Встать можешь?

— Ты про ноги, капитан, или про мою мораль? — Огланов, кажется, не очень хорошо видел, так как не сразу поймал взглядом Пнева. — И в том и в другом случае, ответ нет. Но морали поможет бутылка и пару месяцев на Лазурном море.

Бывший глава отдела следователей корпуса стражей Метрополии, а ныне частный сыщик Петр Огланов попытался выдавить из смешок, но лишь закашлялся, а затем несколько раз сплюнул мокроту и кровь.

— Отпуск подождет, старик, сперва доставим тебя в госпиталь, — Милар кивнул Урскому и тот, подойдя к Огланову, не без труда поднял того на руки. Но все же — поднял.

Александр явно обладал далеко не совсем человеческой силой, хоть при этом и не относился ни к мутантам, ни к потомкам Первородных.

— Надеюсь, что не в ваш, капитан… проклятье, уже второй раз за полгода оказываюсь на руках у другого мужчины. Так ведь и привыкнуть можно.

Эрнсон же, в свою очередь, подошел к помощнице Огланова и бережно, как вазу из самого хрупкого стекла, поднял на руки.

Быстрый переход