А по чертежам Понмира здесь все еще должны были стоять голые проемы.

— Что там такое?

— План устарел, — тихо сказал Эрт.

— Насколько?

— У меня в данный момент не хватает фантазии на нецензурные шутки, дружище… Если помнишь, Даги, по плану кабинет комиссии второй справа. А тут дверей… раз… два… охренеть! Их тут семь! И на них ни демона не написано.

— Может, поищем?

— Мы двадцать минут будем искать.

— Резонно, — согласился Дугбаг, видимо уже смирившийся со своей участью.

Двадцати минут у них, разумеется, не оставалось.

Эртан медленно двинулся по коридору, ведя ладонью по стене, и заставил себя перестать паниковать.

Как бы на его месте поступил его близкий родственник и, по совместительству, дознаватель второй канцелярии? Как бы поступил Ард? Ну, если не принимать во внимание газетные вырезки, судя по которым, Арди просто разнес бы все здание целиком в мелкие щепки.

Но, в теории, сначала бы подумал. Что мешало Эрту?

Мешало то, что двери выглядели одинаковыми. Все семь. Одинаковые створки, одинаковые ручки, одинаковая свежая краска.

Вот только…

Эрт остановился.

Вот только у одной двери на полу не было ни известки, ни стружки, ни следов побелки. Кто-то тут подмел. Причем недавно и весьма тщательно, а перед порогом еще и постелил ворсистый коврик, чтобы приходящие вытирали ноги.

А на самой створке, единственной из семи, едва заметно блестела свежая, неприметная, явно временная табличка.

Эртан наклонился к ней и прочел.

«Приемная комиссия. Секретариат».

— Даг, — позвал он шепотом. — Сюда.

В этот момент в дальнем конце коридора качнулся свет.

Очередной незваный на их веселое предприятие гость, с лампой в опущенной руке, напевал себе под нос что-то заунывное и двигался в их сторону. До поворота ему оставалось шагов сорок.

Эрт метнулся в нишу, где стояли прислоненные к стене оконные рамы, и за шиворот втащил туда Дугбага, вжав друга в угол.

Свет лампы приближался. Шаги стали громче. Пение оборвалось, потому как обходчик, судя по звуку, остановился прикурить.

— «Они сговорились, что ли? Что здесь все курят-то⁈» — мысленно орал Эрт.

А потом Дугбаг набрал воздуха и совершенно отчетливо приготовился чихнуть.

Известковая пыль! Она забилась ему в нос еще на лесах, а голубиный пух довершил дело.

Эртан среагировал раньше, чем понял, что делает. Он двумя пальцами зажал нос другу, а второй рукой крепко прижал подбородок.

Потомок дворфов выпучил глаза, надул щеки и чих ушел куда-то внутрь и затих, оставив после себя только сдавленное бульканье и обиженный взгляд из-под картуза.

Запахло горелым табаком.

Обходчик двинулся дальше, и на мгновение Эртан с облегчением выдохнул, и тут же, будто в насмешку, выяснилось, что идет он не мимо ниши, а прямо к ней. Там, у стены, стоял ящик, а на нем отдыхала очередная пузатая кружка, видимо забытая с прошлого обхода.

Пять шагов.

Четыре.

Эртан нащупал на полу у себя за спиной первое, что подвернулось под руку. Кусок штукатурки размером с орех.

Три шага.

Эрт метнул его через голову обходчика. Штукатурка ударилась о стену, покатилась по полу и с деревянным стуком врезалась в оставленное где-то в темноте ведро.

Свет резко дернулся в сторону.

— Кто там? — резко спросил обходчик. — Эй! Кто в коридоре?

Он пошел на звук, напрочь забыв про кружку. Свет уплыл в другой конец и где-то там обходчик пнул ведро.

— Блядские крысы… фу… возьму лучше с подсобки.

Эртан выдохнул только тогда, когда шаги свернули за угол.

— Я бы никогда не подумал, — свистящим шепотом сообщил Дугбаг, отдирая от лица его ладонь.