– Но ведь она без сознания, Гас! Она не отвечает мне, не смотрит на меня… Здесь что-то не так! Кто вообще спит на полу в коридоре школы, да к тому же в вечернем платье? Алкоголем от нее не пахнет. Может, наркотики?

– Ох нет, мисс Ханикатт. Мисс Маргарет не по этой части. Если что-то и неладно, то наркотики ни при чем.

– Тогда что это, Гас? Я не могу ей помочь, раз не знаю, что с ней стряслось. – Айрин по вполне понятным причинам совершенно отчаялась. Проснувшись еще до рассвета – одно из наказаний, которые налагает старость, – она обнаружила, что Мэгги накануне вечером так и не вернулась домой. Айрин не знала, где ее искать, к тому же машину забрала Мэгги, так что она позвонила Гасу и попросила помочь. Гас разбудил Шада. А Шад предложил поискать Мэгги в школе. Гас сказал Айрин, что они осмотрят школу и после этого сразу приедут к ней. На широкой парковке перед школой они обнаружили «кадиллак» Айрин и тут же отправились на поиски.

Гас молчал. Он без конца крутил в пальцах шляпу и что-то обдумывал, никак не решаясь обо всем рассказать своей старой подруге. Потом он вздохнул: не в его правилах было хранить что-либо в секрете. Но ведь она решит, что он попросту выжил из ума на старости лет.

– Мы ее очень скоро нашли, – начал рассказывать Гас. – Мне она показалась брошенной куклой – словно ее нарядили, а потом выбросили. Когда я ее увидел, – перешел на шепот Гас, – то решил, что она мертва.

Айрин ахнула и прижала руку к дрожащим губам.

Гас сочувственно улыбнулся ей:

– Мне ужасно жаль, мисс Айрин. Но я хочу рассказать вам о том, что видел.

Айрин кивнула, нетерпеливо ожидая продолжения.

– Я перепугался до ужаса, закричал, побежал к ней. Мне теперь кажется, что и Шад подумал то же, что и я, потому что он держался у меня за спиной. Думаю, он здорово испугался. Когда я приблизился, то увидел, что она плакала – и, наверное, долго. Но я сразу подметил, что она совсем целехонькая, что не ранена. Я сказал Шаду: «Она спит, Шад, просто спит». Я боялся, что бедный мой мальчонка совсем с ума сойдет. У него в жизни и так уж достаточно было горя. Ему не нужно больше поводов для расстройства. – Гас надел шляпу и сразу же снова снял. – Я погладил ее по щеке, потом чуть встряхнул, чтобы разбудить. Я ей повторял: «Мисс Маргарет, скажите старому Гасу, что с вами. Проснитесь, деточка». Но она и не думала просыпаться. Я побоялся даже, что не смогу ее разбудить. Подумал, что мог бы, наверное, отнести ее на руках, но до пикапа было неблизко. И потом, мне хотелось ее разбудить, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. – Гас помедлил, набрал побольше воздуха в грудь и вернулся к рассказу: – И тут вдруг она села вроде как сама, но как будто ей кто-то помог. Это было престранно. Она не очень-то могла усидеть прямо и глаза так и не открыла. А потом она кое-что сказала, громко и четко. И я уверен, что все верно расслышал. – Гас прервал свой рассказ и поднял глаза на Айрин.

– Что она сказала? Объяснила, что с ней случилось? – Айрин смотрела на него широко распахнутыми глазами, крепко сжимая сложенные на коленях руки.

– Нет. Она сказала всего одно слово. Она сказала… Джонни.

– Джонни? И что это значит, Гас? Кто такой Джо… – Голос Айрин вдруг оборвался. Она поняла, кто такой Джонни. – Гас! Но это безумие!

– Мы с Шадом оба это услышали. Мальчонка мой перепугался, затрясся как осиновый лист. Но мне вдруг вспомнилось… – Гас почесал голову, словно только сейчас что-то осознал.