Лара старалась ограждать Джекса от коллекторов, говорила сыну не высовываться из своей комнаты, но кто станет это слушать в возрасте семи лет. Ему было интересно.

Мама вытаскивала из ящика своей спальни конверт с деньгами, которые собирала и откладывала с зарплаты, протягивала их мужчинам, когда те приходили, но этого всегда было мало, потому они возвращались снова.

Однажды после их ухода Лара, думая, что Джекс находится у себя, опустилась на колени, держась за дверную ручку, и ее плечи тряслись от слез. Джекс не знал, что делать, он сидел на лестнице, опираясь на перила, и смотрел. Прошло время, и он, не выдержав, подошел к матери. Лара вздрогнула от неожиданности и посмотрела полными слез глазами на сына:

– Что ты здесь делаешь? Я же говорила тебе…

Она не успела договорить, хотя ее речь была быстрой и сбивчивой. Джекс обнял маму – так как она сидела на коленях, в свои семь он как раз доставал ей до плеч.

– Почему они каждый раз приходят и просят деньги, мам?

Лара помедлила с ответом, но все же сказала:

– Это их работа, мой мальчик. Они собирают долги.

– Разве это делает не банк?

Джекс недавно видел по местному каналу рекламу кредитов от банка. Мальчишка не до конца понял систему, но мысль в голове отложилась: деньги выдает банк, а потом их нужно возвращать.

Лара сдавленно рассмеялась сквозь слезы и вытерла глаза рукавом кофты, шмыгая носом.

– Когда заем неофициальный, за ним приходят таким образом.

– Чей это долг, мам? – спросил Джекс, хотя и знал ответ на свой вопрос. Ему было семь, но это не значит, что Джекс был глуп.

Лара не поднимала на сына глаз, но и врать не хотела. Их отношения были честными с самого начала.

– Твой папа не плохой человек, – тихо произнесла Лара.

Да он ужасен. – Джекс был полон решимости и злости, и она до сих пор осталась в его сердце и памяти.

От воспоминаний Джекс не заметил, как сжал кулаки. Альма шикнула на него, возвращая в реальность. Парень осознал, что идут они уже довольно долго, но точно не знал, куда Юдис их собирался привести.

– Вряд ли нас отправят напрямую к правителю, – шепотом произнес Кайнар, пытаясь говорить как можно тише, поравнявшись с Джексом. По другую сторону рядом шла Альма.

– Почему?

Кайнар закатил глаза:

– Потому что мы никто, Торриус Солер слишком занят, чтобы принимать ничего не значащих людей.

– Я не человек, – ответила мойра и кивком указала на Кайнара: – И ты тоже, почти.

Кайнар смутился, но потом его взгляд стал твердым. Несмотря на свое происхождение, сам парень считал себя вполне человеком, так как способностями гарпии ему доводилось пользоваться крайне редко.

– И лучше бы пока об этом никому не знать.

Их разговор прервали. Охранник остановился возле широких дверей.

– Вас ожидают здесь.

Юдис открыл дверь, жестом приглашая гостей войти. Все внутри Джекса противилось этому действию. За дверью было темно, будто их вели в темницу, но парень успокаивал себя, что никто и ни в чем не мог обвинить их, им незачем ждать наказания. К тому же не похоже, что Юдис блещет особым умом, – скорее, его мысли были поглощены Катлин.

Первой сделала шаг Альма. Джекс в который раз удивился ее смелости. Может быть, это было оттого, что мойра пока не полностью изучила мир смертных и не знала, сколько опасностей и проблем таит жизнь, но ее решительные действия не могли не восхищать парня.