– Ты правитель, – сказала ему Альма. – Ты и так владеешь жизнями.

– У нас, людей, существует бюрократия. Она все усложняет. – Его голос был пронизан недовольством и презрением. – Эти аппараты правления только мешают. Но я уверен, что все заткнут свои рты, зная, что их жалкие жизни в моих руках.

– Жалок здесь только ты!

Она была уверена – он что-то не договаривал, за одной причиной скрывалась еще и другая, но более личная.

Что-то прочное и холодное ударило Альму по спине. Это было дуло пистолета – мойра все-таки вспомнила название. Но Торриус на всю серьезность ситуации только улыбнулся и вскинул два пальца, на которые было надето несколько перстней.

– Довольно, – остановил он охрану. Также их останавливал уничтожающий взгляд мойры, который оповещал смертных о ее небесконечном терпении.

Это заставляло стражников вздрагивать, а у одного из них периодически дергалось верхнее веко, что было забавно и смешило мойру, хоть она и не могла этого открыто показывать.

– С помощью тебя и твой силы, – продолжил Торриус, – я смогу держать всех, кого захочу, под контролем и устанавливать собственные законы, не нуждаясь в формальностях и прочей бессмысленности.

– Я не буду марионеткой в руках смертного. Ты еще этого не понял?

– О нет, Атропос, боюсь, что это ты пока не понимаешь, в каком положении находишься.

После этих слов, словно по команде, отворились двери позади Торриуса. До этого момента Альма и не подозревала об их существовании. Переступив порог, в кабинет вошел эриния. Мойра затаила дыхание.

Еще один? – испугалась она.

Это был не Нортс, кто-то другой. Но Альма была уверена, что перед ней стоял посланник смерти, и выглядел он так, будто был готов преклонить колени перед человеком и выполнить любой его приказ.

Мойра могла победить смертных, но куда сложнее было справиться со служителем Танатоса. Он был облачен в темную накидку, на его голове был капюшон, а лицо закрывала белая маска, но Альма ощущала исходивший от него чужой запах, предвещающий смерть.

Мойра не могла понять, почему эринии начали служить людям. И Демьян, и сам правитель управляли посланниками смерти. Этот мир выворачивался наизнанку.

– Как ты смеешь удерживать эринию? – обратилась мойра к Торриусу, который выглядел крайне довольным собой.

– У меня есть средство, помогающее посланникам смерти понять, кто их истинный правитель.

– Но зачем тебе это?

– Сначала я хотел заполучить самого бога смерти, Танатоса. Но потом, после долгих размышлений, передумал, кое-кому удалось разубедить меня. Эринии отлично служат, а Танатос бесполезен, он лишь забирает души умерших, чтобы предоставить нижнему миру, Царству Темных. А вот ты куда ценнее.

Глаза правителя опасно блеснули. Альме захотелось попятиться или хорошенько разукрасить нос Торриусу. Правитель зашел слишком далеко, мойра должна была это остановить. Но она была одна, у нее не было силы. Альма хотела кричать от отчаянья или призвать сестер на помощь, но у нее не было даже и шанса.

Она предпочитала пока наблюдать за ситуацией и действовать осторожно.

Девушка гадала, где же сейчас находится Джекс или, на худой конец, Кайнар. Не то чтобы ей не хватало смертного, просто его сай пришелся бы очень кстати.

Как смертный посмел быть схваченным в такой неподходящий момент!

– Ты, третья мойра, – продолжил свою речь Торриус, – весьма и весьма полезна. С помощью твоих ножниц я буду сам выбирать, кому жить, а кому умереть. Эринии будут относить души Танатосу или воскрешать их, действуя по моему усмотрению.

– Ты просто безумен! – Ей хотелось добавить, что посланники смерти не станут подчиняться ему, но вспомнила про Нортса и этого незнакомого эринию, который находился неподалеку.