На неокрашенной дощатой двери висел железный молоток, но Танкред предпочел постучать костяшками пальцев.

В домике послышался шум, затем дверь приоткрылась на несколько дюймов. На Танкреда уставился вопрошающий глаз.

— Профессор Кадар? Мое имя Чарльз Танкред…

— Ах да. Я ожидаю вас. Пожалуйста, войдите! — Профессор говорил на очень хорошем английском. Лишь интонация звучала несколько необычно.

Танкред проследовал за ним в крошечную гостиную с двумя креслами-качалками с вышитыми салфетками на спинках.

На столике стояла керосиновая лампа. В комнате находился также книжный шкаф, содержащий в себе более сотни томов, некоторые — на английском.

Танкред уселся в одно из кресел-качалок.

— Кравати опаздывает, — произнес он.

— Разве он обещал прийти?

— Конечно. — Танкред нахмурился. — То есть точно не сказал, что будет здесь, но я понял…

— Боюсь, ему это неинтересно: он же не ученый, — улыбнулся профессор. Он уселся в другое кресло-качалку и взял фарфоровую трубку. — Скажите мне, мистер Танкред, как поживает мой старый коллега Марсель Давен?

— Вы знаете, что я виделся с ним в Гамбурге?

— Вчера я получил от него письмо.

— Полагаю, вы также наслышаны и об этом благородном венгерском патриоте Иштване Драгаре?

— Только косвенно. Я не знаю Драгара. Его кузен Бела Кравати…

— Действовал по его настоянию. Он рассказал вам обо мне?

— Только то, что вы хотите проконсультироваться со мной по предмету, насчет которого я немного в курсе… древней истории нашей страны.

— Особенно об Аттиле.

— Да, Аттиле.

— И если уж быть совсем точным — о сокровищах Аттилы, ибо это единственное, что интересует Драгара.

Профессор, которому по меньшей мере было года семьдесят два, если не больше, спокойно попыхивал дымком из своей фарфоровой трубки.

— Я ничего не знаю о вашем мистере Драгаре, но если вы желаете поговорить о знаменитом Аттиле, то буду счастлив побеседовать с вами.

Танкред задумчиво посмотрел на спокойного ученого:

— Был бы рад расспросить вас об Аттиле, но вы вот только что сказали… будто ничего не знаете о Драгаре?

— Боюсь, что это так.

— Я нахожусь под впечатлением, что он был довольно хорошо известной личностью несколько лет тому назад.

— Возможно. Мои собственные интересы ограничиваются университетом.

— Вы никогда не слышали о приключениях Стефана Драгара? В связи с движением Сопротивления против нацистов? Против русских?

— Человеку не дано знать все. Как уже сказал, я преподаю древнюю историю в университете. Мой коллега Марсель Давен сообщил в своем письме, что вы не согласны с моими теориями насчет Аттилы.

— Мистер Давен, должно быть, не понял. Это с его теорией я не согласен… что город Аттилы был в токайской области Венгрии.

Профессор Кадар радостно кивнул:

— О да, это старый спор. Я тоже расхожусь во мнениях с Давеном насчет этого. И где же, по-вашему, находился его город?

— На нижнем Дунае, выше Сингидунума.

— В Таронтале?

— Это по-немецки?

— Да, весьма описательного характера, означает изрезанную или извилистую долину. «Тал» по-немецки «долина». Таронтал. Венгры не очень сильно изменили название, и я полагаю, что югославы включили его в свой лексикон. Возможно, в их языке не нашлось столь же описательного слова.