|
— Вам это не по душе? — Ну что вы, — сказал д'Артаньян самым простецким и задушевным тоном, на какой оказался способен. — Кто я такой, чтобы посягать на свободу совести другого человека? Он видел, что его слова произвели впечатление: во взгляде лейтенанта было явное одобрение. — Значит, сударь, вы полагаете себя порядочным человеком… — как бы в раздумье произнес д'Артаньян. — И тем не менее вы с готовностью выполняете подобные приказы — я о моем аресте… Вы честный офицер и порядочный человек, это сразу видно… но разве вам не претит подобная ложь? — Что вы имеете в виду? — в некотором смятении спросил лейтенант. Д'Артаньян спросил мягко, задушевно: — Вы можете дать мне слово чести, что я и в самом деле арестован именем короля? Он зорко наблюдал за сидящим напротив человеком и с радостью отметил, что оказался прав в своих первых впечатлениях: молодой офицер замялся, смущенно опустил глаза, поерзал на сиденье. Этот Фельтон был слишком совестлив, чтобы врать… — Так как же, сударь? — продолжал д'Артаньян наступательно. — Ваш вид, уж простите, сразу выдает в вас терзания честного человека, вынужденного исполнять бесчестный приказ… Я понимаю ваше положение, я сам военный… Вы вынуждены так поступать… но это же mhgjn, сударь! Прикрываться именем короля… Моряк вскинул на него глаза и воскликнул с нешуточной болью в голосе: — Сударь, вы правы, я вынужден! У меня нет выбора, поймите же! Когда приказывает твой командир, следует повиноваться… — Даже когда речь идет о чем-то бесчестном? — горестно вздохнул д'Артаньян. «Ах, как мне жаль, что плохо знаю Библию! — подумал он. — Уж я бы тебя тогда запутал не на шутку, пуританский ты чурбан!» — Сударь, — сказал офицер примирительно. — Быть может, это и не повлечет для вас никаких тяжких последствий… Если вы честный человек и ни в чем не виноваты, речь, быть может, идет о простом недоразумении… Мало ли зачем вас велено доставить к судье — вдруг он попросту хочет расспросить вас о чем-то? «Он не знает решительно никаких подробностей, — отметил д'Артаньян. — Простой исполнитель приказов…» — Быть может, вы были свидетелем какого-то преступления? — с надеждой спросил лейтенант. — Вы производите впечатление порядочного человека… — Более того — я им и являюсь, — сказал д'Артаньян с видом оскорбленной гордости. — Или вы полагаете иначе? — О, я не знаю вас, сударь… — А того, кто отдает вам подобные приказы? Молодой человек опустил голову: — Это другое дело… Лорд Винтер — мой командир, я подчиняюсь ему по службе как коменданту Дувра… «Дувр, — с нарастающей тревогой подумал д'Артаньян. — Их самая могучая крепость на побережье… и военный порт. Итак, он из Дувра, приказ ему отдал не кто иной, как лорд Винтер, и он везет меня прямиком к судье… Черт, но ведь дело ещё более запутывается! Судья-то тут при чем? Ясно, что Бекингэм на меня чертовски зол и мечтает вернуть эти два подвеска, но к чему впутывать в это деликатное дело судью? Что-то тут не сходится, волк меня заешь, решительно не сходится! Полное впечатление, что я имею дело с двумя разными интригами!» — Вы уверены, что вам приказали доставить меня к судье? — спросил он осторожно. |
