Дальше было дело техники. Продать одну тачку, деньги положить на счет, приехать в Монреаль и купить место. Правда, на Формулу–1 мне не хватило денег и пришлось начинать с Формулы–3.

Кэтрин лежала, раскрыв рот от удивления. Вся жизнь Джека за несколько минут пролетела у нее перед глазами, все его переживания и чувства. Она бы никогда не подумала, что можно чувствовать так глубоко.

– Мы сами с тобой все испортили, Джек. – В голосе Кэтрин сквозила грусть. – Как жаль, что слишком поздно все исправить.

Туман медленно заволок сознание Кэтрин, дрейфовавшей где–то в воздушно–солнечных заводях. Так она и уснула, крепко обнимая Джека и прижимаясь щекой к его груди.

Девушка приподняла одеяло и оседлала Джека. Ее волосы защекотали его голую, равномерно вздымавшуюся грудь. Кэт принялась покрывать ее нежными поцелуями, и Джоунс зашевелился.

– Просыпайся… – Кэтрин ласково куснула его за ухо.

Джек с явной неохотой открыл глаза, но при виде сидящей на нем обнаженной Кэтрин сонно заулыбался.

– Доброе утро, Разноглазая, – шепнул он, заправляя ей за ухо прядь волос и притягивая к себе.

– Доброе утро, Джек.

Долгим утренним поцелуем дело не ограничилось, страсть вспыхнула между ними снова, но уже не такая жаркая, как вчера, а наполненная глубокой нежностью, пришедшей на смену животным инстинктам.

– Джек? – тихо позвала Кэтрин, утыкаясь лицом ему в плечо и обнимая. – Сколько у нас есть времени?

Оба знали, что им придется расстаться. Вернуться туда, откуда они приехали.

Джек убрал волосы с ее лица и вздохнул.

– Несколько дней…

– Джек? – вновь тихо шепнула Кэтрин.

– Что?

– Это будут самые счастливые дни в моей жизни.

Они крепко обнялись и очень долго лежали так, пока Кэтрин не завозилась.

– Джек?

– Что?

– Я есть хочу, – голос прозвучал чуть виновато.

– Я тоже, – признался парень. – Просто умираю с голоду.

– Давай закажем пиццу?

Джеку идея понравилась, и пока он отыскивал в интернете номер доставки, Кэтрин сладко потянулась и встала. Надеть ей было совершенно нечего. Не вчерашнее же платье?

Старые футболки Джека, пролежавшие в шкафу три года, отпадали сразу. А значит, оставался только один вариант: Кэтрин подняла с пола рубашку Джоунса и с наслаждением вдохнула горьковатый аромат его духов.

– Эй! – возмутился парень. – А я что надену?

Кэтрин показала ему язык и отправилась в ванную, приводить себя в порядок. Слив несколько литров ржавой воды, девушка умылась и причесалась пальцами. В ванной, как она и ожидала, ничего не было: только дохлый таракан на полочке для шампуней.

От пыли чесалось в носу. Хоть Джек и вывез все из квартиры, Кэт не сомневалась, что хоть что–то здесь осталось, поэтому полезла под ванную. Там она нашла то, что искала: порошок и большой кусок мыла.

Девушке было не впервой наводить уборку, и раз уж она собиралась здесь остаться на какое–то время, следовало очистить жилище от противной пыли.

Позвонив матери и сообщив, что заедет после обеда за вещами, Кэтрин принялась за дело.

Джек немного офигел, когда увидел Кэт, выходящую из ванны в полной боевой готовности: трусики–танга, его рубашка, желтые резиновые перчатки и большой кусок мыла в руке.