— Однако он принял слишком мало для того, чтобы это случилось?

Вы совершенно правы. Если судить по содержанию в крови, он проглотил менее тысячи миллиграммов. Этого достаточно, чтобы уснуть. После приема препарата у него должна была появиться сонливость, а ночью он хорошо бы поспал. Причем его не мучили бы кошмары, если, конечно, он вообще от них страдал.

— Могло ли это каким-то образом способствовать его гибели?

— Не думаю. Мне кажется, мы имеем дело с классическим случаем эротической самоасфиксации. Можно предположить, что он выпил снотворное незадолго до смерти. Возможно, собирался лечь спать, но передумал и решил прежде получить кайф. А может, у него просто была привычка принимать таблетку перед тем, как поразвлечься. Потом же он сразу ложился спать. Но как бы то ни было, уверен, что хлорал не мог повлиять на его действия. Вы представляете, как это происходит?

— Более или менее.

— Кое-кто занимается этим постоянно, — сказал врач, — и до поры до времени это сходит с рук. Надавливая на сонную артерию, вероятно, можно усилить оргазм и испытать повышенное наслаждение. Вот почему некоторые занимаются этим регулярно. Они даже могут сознавать, как это опасно. Однако то, что раз от раза они остаются целы и невредимы, постепенно вселяет в них уверенность, что риска вообще нет.

Сняв очки, он протер стекла полой халата.

— Проблема в том, — продолжил врач, — что надежного способа уберечься от опасности не существует, и рано или поздно везению приходит конец. Видите ли, даже при небольшом давлении на сонную артерию, — он прикоснулся к моей шее, — возникает рефлекс, который заметно понижает сердцебиение. Вероятно, каким-то образом это влияет и на силу возбуждения, хотя в результате можно потерять сознание. Ситуация может выйти из-под контроля. Находясь в беспамятстве, человек не представляет, что происходит. А под действием силы тяжести петля уже начинает затягиваться. Быть при этом осторожным — то же самое, что соблюдать осторожность, играя в русскую рулетку. Даже если вы были удачливы в прошлом, шанс задохнуться всегда остается таким же реальным. Единственный способ застраховать себя от подобной смерти — вообще не играть в эти игры.

Я впервые увидел на ней измазанные краской, потрепанные джинсы. Она подколола и спрятала под косынку волосы. Мужская, застегнутая на все пуговицы белая рубашка с протертым до дыр воротником и синие кроссовки — под стать джинсам, тоже с пятнами краски — дополняли ее рабочий наряд. В руках у нее была тяжелая Металлическая коробка с инструментами.

— Я не подумала, что ты придешь так рано!.. — смутилась она. — Не обращай внимания на мой вид. В доме напротив пробило водопровод.

— Разве там нет слесаря?

— Есть, конечно. Помимо этого, я отвечаю еще за три здания. Вот почему у меня есть не только крыша над головой, но и кое-какие средства на жизнь.

Она переложила коробку в другую руку.

— Извини, мне некогда. Там настоящее наводнение. Может, пойдешь со мной? Или приготовишь себе кофе и подождешь меня дома?

Я сказал, что лучше уж дождусь ее, и она проводила меня в свою квартиру.

Не могла бы ты дать мне ключи от квартиры Эдди? — спросил я.

— Ты хочешь к нему подняться? Зачем?

— Просто чтобы осмотреть там кое-что.

Сняв ключ с кольца, она протянула его мне вместе со своим.

— Когда закончишь, возвращайся, — сказала она.