– Ага, гель от Армани делает их шкурки шелковистыми, – пошутил он.

Я вывернулась, опустила его руки и прижала к бокам. Он с удивлением поднял на меня глаза и улыбнулся. Я ждала, что Александр меня поцелует, но он не пошевелился. Конечно, ведь я сама его держала! О чем я только думала?

– Что тебе больше всего нравится в летучих мышах? – спросил он, когда я с беспокойством уставила на него взгляд.

– То, что они летают.

– Ты хочешь летать?

Я кивнула.

Теперь уже он отвел мои руки и удерживал их. Я снова ждала, что он поцелует меня, но он опять этого не сделал, лишь пристально заглянул мне в глаза.

– А что тебе больше всего нравится у летучих мышей? – спросила я.

– Наверное, их вампирские зубы.

Я ахнула, но не из‑за слов Александра. Комар укусил меня в шею.

– Не бойся, – сказал он, сжав мою руку. – Я не стану кусать тебя… пока… – И рассмеялся своей шутке.

– Я не боюсь. Меня укусил комар! – пояснила я, яростно почесываясь.

Он внимательно, прямо как доктор, осмотрел след от укуса.

– Начинает распухать. Надо приложить лед.

– Все будет в порядке. Мне не привыкать.

– Я не хочу, чтобы ты рассказала своим родителям, как приходила ко мне в гости и тебя укусили!

Я хотела всему миру рассказать, что меня укусили, но этот комар все испортил.

Александр отвел меня на кухню и приложил лед к крохотной ранке. Я слушала, как прадедовские настенные часы отбивают время. Девять… Бум… Десять… Бум… Нет! Одиннадцать… Бум… Блин! Двенадцать. Не может быть!

– Мне пора идти! – воскликнула я.

– Так скоро? – спросил он, не скрывая разочарования.

– В любой момент может позвонить отец из Вегаса, и если я ему не отвечу, то меня будут пилить вечно!

Если бы только я могла остаться и жить с Александром в его мансарде, а чудик каждое утро подавал бы нам завтрак.

– Спасибо за цветы, ужин и звезды, – торопливо сказала я у машины Беки, шаря в сумочке в поисках ключей.

– Спасибо, что пришла.

Он выглядел задумчивым, великолепным и каким‑то одиноким. Мне хотелось, чтобы готический вампир поцеловал меня. Я хотела ощутить его губы на моей шее, а его душу – в моей.

– Рэйвен, – промолвил он осторожно.

– Да?

– Хочешь, чтобы я…

– Да? Да.

– Хочешь, чтобы я опять пригласил тебя или предпочтешь проникнуть тайком?

– Лучше получить приглашение, – ответила я и замерла в ожидании.

Если он поцелует меня сейчас, то мы будем связаны узами на целую вечность.

– Вот и замечательно. Я позвоню тебе.

Он нежно поцеловал меня, но, увы, в щеку. Все же этот поцелуй был нежнее и романтичнее, чем в тот раз, когда меня поцеловал Джек Паттерсон у особняка, и гораздо более романтичным, чем когда Тревор притиснул меня к дереву. Мне хотелось настоящего поцелуя вампира, но и этот изменил меня. Я совершенно обалдела и чувствовала себя так, будто и вправду превратилась невесть в кого.

Всю дорогу до дома я ощущала на лице мягкое прикосновение его губ. Все тело покалывало от возбуждения, томления, страсти, короче, тех самых чувств, которых я никогда не испытывала раньше.

Я расчесывала укус, который оставил не он, и могла лишь надеяться на то, что не обращусь в кровососущего комара.

* * *

– Папа объясняет Беки правила игры в двадцать одно, – взволнованно прошептал Билли, когда я вбежала в дверь.