Нет, Сержант - это чудо. Как он знал, что Наша Светлость тоже проголодаются?

       - Ешь, - с огромной охотой подаю личный пример, которому Тисса, однако, не спешит следовать. По глазам вижу - голодна, но держится.

       - Ваша Светлость, я наказана. И это справедливо.

       Да неужели?

       - Не важно, что было причиной моего поведения, оно недопустимо. И леди Льялл... она не такая строгая, как вы думаете.

       Строгая? Да эта Мэри Поппинс местного розлива меня в дрожь ввергает самим своим видом. С ней я тоже разберусь. Но позже.

       - ...прежде она никогда не применяла розги...

       ...не хватало еще...

       Стоп. Прежде?

       - ...я всецело заслужила сегодняшнее наказание. Видите ли... моя репутация и так находилась под угрозой, а после того, что произошло... леди Льялл не просто так появилась. Ей кто-то сказал. Кто-то видел, что я сделала. Всем расскажет.

       Она разом сникла и почти прошептала:

       - ...и если Их Сиятельство на мне не женятся, то...

       ...то это будет последнее, что Урфин не сделает в жизни.

       - Женится. Лично прослежу, - уверила я Тиссу, у которой перед глазами явно стояла улица, где отчаявшиеся девы вынуждены предаваться разврату до конца жизни.

       - Ешь.

       Приказа Тисса ослушаться не посмела. Ела она аккуратно, стараясь не глядеть на меня, словно стесняясь и собственного голода, и самого факта пребывания в спальне Наших Светлостей. Мне же следовало прояснить еще кое-что:

       - Как понимаю, Их Сиятельство, - чтоб им икалось сиятельнейшим образом, - тебя больше не пугают?

       Тисса кивнула, но как-то неуверенно. То есть еще сама не поняла, или пугают, но не так сильно, как прежде? Она разлила чай и, пригубив, поморщилась. Добавила сахара. И еще чая.

       - Горький какой-то.

       И пахнет весьма характерно. Принюхавшись, я поняла, что с легкой Сержантовой руки чай крепко сдобрили бренди или чем-то вроде. Скорее даже бренди разбавили чаем. Пожалуй, Наша Светлость воздержится. А Тисса пусть пьет.

       Ей для снятия стресса полезно.

       Тисса и пила. Молчала. Потом, наконец, призналась.

       - Он... не такой, как я думала.

       То есть не совсем, чтобы злое зло, тьма, смерть и разрушение? И проблески совести где-то на горизонте.

       - Но... Ваша Светлость, зачем я ему нужна? Раньше я думала, что у него нет выбора. Но Долэг сказала, что ей Гавин сказал, что его отец говорил старому лэрду, что имеет двоих дочерей и... и Деграсы - хороший род. Древний. Богатый. Породниться с ними - большая честь.

       Гавин - умница.

       Не знаю, насколько сказанное правда, и уж точно сомневаюсь, что сам Урфин в курсе чужих на него матримониальных планов, но сам факт наличия соперниц весьма способствует пробуждению здорового женского эгоцентризма. И кажется, неведомые мне дочери барона Деграса задели Тиссу куда сильней, чем она пытается показать.

       - Может, ты просто нравишься?

       - Ваша Светлость, - Тисса, позабыв про этикет, держала чашку в ладонях и, склонившись, вдыхала ароматный пар.