«Чушпаны» могли бы сделать больше, но без толкового предводителя упустили момент. Когда утром после битвы армии гильдий ткачей и оружейников вместе с хирдом долгобородов вышли через Военные ворота, они сидели в половине дневного перехода от города, готовясь к атаке. Думали, что хирд наняли против них. То, что не разбежались, уже достойно уважения.

Ратуша гудела от голосов. Визитёры шли вперемешку: главы аристократических семей в бархате и с фамильными мечами, представители городков контадо в шерстяных плащах, купцы с сальными улыбками, горожане с усталыми глазами. Каждого я заставлял принести клятву верности мне, Герцогу Караэна, или уйти врагом. Городкам велел заключить союз и выставлять на службу по десять-двадцать вооружённых людей — в зависимости от их размеров. Они кивали, хоть и нехотя, понимая, что выбора нет.

И в этот день не обошлось без трудностей. Сначала явился Сакс Поло — тощий, с продолговатым лошадиным лицом и шрамом через щёку, что достался ему ещё от нежити. Когда-то он помог мне, потом жил на этой славе, а в моё отсутствие бежал. Теперь вернулся. Его плащ — некогда тёмно-синий — висел лохмотьями, рожа злая, как у девки из инсты, которой не тот дайсон купили.

— Они разграбили мой дом, Магн, — голос его срывался, — слуг зарубили, склады сожгли. Город провалился в беззаконие! Злодеи шатались по улицам, вырезали приезжих купцов прямо на пороге их лавок. В Старом городе жгли дома, если не платили выкуп. Даже пивовары не могли остановить это — или не хотели. Накажи виновных, или я сам начну!

Я уставился на него. Внимательно. Раньше я был весёлым и лёгким парнем — меня не боялись даже служанки в поместье. Теперь замечаю, что люди плохо выдерживают мой взгляд. Вот и Сакс заткнулся, попытался дерзко смотреть в ответ, но смялся и опустил глаза. Я раздумывал. Очень хотелось сказать: «Только попробуй, и я сам отрублю тебе голову». Но сдержался. Один из минусов моего положения — нельзя разбрасываться угрозами: их приходится выполнять. И всё же чья-то казнь пошла бы городу на пользу. Вот только хотелось бы найти хоть сколько-нибудь виновных, а не просто виноватых. И где Эглантайн, когда она так нужна, демоны её дери! Я молча махнул рукой, и стражники вывели Сакса. Ему хватило ума молча подчиниться. Возможно, я дам ему ещё один шанс. Может, во второй раз он не только сбежит, но и постарается не допустить восстания?

Следующим жестом я подозвал Фанго — он сидел за одним из столов поодаль, среди писарей, не сильно из них выделяясь. Подбежав ко мне, он склонился к уху и постарался поразить предупредительностью:

— Я уже велел выяснить, откуда у этого человека склады, — сказал он.

Я поморщился. Действительно. Неписаные законы Караэна предполагали строгое условно-сословное деление. Нельзя просто так взять и сыну кузнеца стать пивоваром или торговцем. Не уверен насчёт владения складом, но это и правда странно. Однако я думал не об этом.

— Что там с Ченти? — спросил я, только сейчас вспомнив о газете. Самое время выпустить листок с обращением к жителям. Задействовать пропаганду, так сказать.

— Простите, мой сеньор, но инструменты печатной мастерской разбиты, материалы разворованы. Потребуется время… — Фанго заткнулся, видя моё недовольство. Уверен, на моём лице ничего не отразилось, но он проницательный. Тут же предложил выход: — Но можно… эм… позаимствовать у некоего человека, что делает похожее. Он живёт неподалёку, в контадо.