Я несколько раз сверялся с Магном внутри меня, и каждый раз понимал — это не похоже на оскорбление от аристократа, требующее демонстративной вспышки ярости. Это оскорбление, которое жжётся внутри, потому что ты сам не можешь себе его простить.

Я, конечно, не рассчитывал, что опытный человек, вроде того же вчерашнего посла, Флоранса Хау, на такое купится. Но я также был уверен, что у Джевала Гру, того, кто условно командовал армией на том берегу, просто нет инструментов удержать в узде всех. Кто-то знатнее него, кто думает, что знатнее, и уж наверняка почти все уверены, что не глупее Джевала. Поэтому я рассчитывал, что не меньше полусотни дураков перейдут мост в погоне за Леонхартом.

И я выскочу из леса со своими всадниками, пользуясь численным преимуществом, легко сомну их, частью взяв в плен, частью убив, и до конца дня буду ехидно провоцировать Джевала, чтобы он начал переправу на мою сторону, если хочет отомстить.

Он, разумеется, не станет давать мне удовольствие бить свою армию по частям. Но это и не нужно — я одержу зримую победу. Что важно — психологическую. И смогу выйти из этого ситуационного тупика.

Да, скорая реакция «жёлтого» отряда едва не сломала мне всю задумку — но раз сюда ломится такая толпа из вражеского лагеря, то своих пару десятков дураков я гарантированно дождусь.

Я с нескрываемым удовольствием наблюдал за приближающейся армией Вириина. Вот только это продлилось недолго. От основной массы войск отделилось несколько повозок, запряжённых хорошими лошадьми. Накрытые расшитыми балдахинами, на двух больших колёсах — на похожих иногда выезжают в свет знатные дамы. Только эти были чуть менее разукрашены. А ещё, на привязи за ними бежали молодые белые бычки. Это меня и вовсе обескуражило. Ни я, ни Манг вообще ни разу белых быков не видели. Может, крашенные?

Под охраной десятка конных латников повозки отделились от армии и направились прямо к речушке. Из них на берег выскочили странного вида мужики. Двое. Со слишком длинными для своего возраста бородами и одетые как скромные купцы. То есть, одетые так, как будто у них есть деньги, но купцы бы так никогда не оделись. Вокруг носятся точь-в-точь подмастерья, только одеты, как будто младшие сыновья аристократов. С элементами роскоши.

— Похоже на чародеев, — сказал Сперат.

Да, похоже. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Двое чародеев засуетились на берегу. Их суета была бестолковой — я видел, как они машут руками и мешаются под ногами своих «подмастерьев». А вот те очень деловито и ловко обсыпали небольшой круг мелом, потом извлекли из повозок небольшие камни, сложили из них столб высотой мне до пояса, а потом водрузили сверху деревянный ящик. Даже, скорее, хитрую, украшенную резьбой шкатулку. Раскрыть шкатулку не доверили никому. Они сделали это сами. Ещё до этого я увидел, как вокруг них начало искрить и переливаться разноцветьем магия. А потом блеснуло золотым, и содержимое шкатулки. Как будто блик от солнца упал на ярко полированный металл. Мне пришлось прищуриться, чтобы разглядеть то, что скрывалось в шкатулке.