— Пока всё идёт даже лучше, чем я планировал. Враг сам лезет к нам в руки!

Пока я думал, что ещё добавить, Эйрик хохотнул, встал рядом со мной и потряс своим неподъёмным боевым топором.

— Не орать! — заорал я, успев определить его на долю секунды. — Орать будем вечером на пиру! Сейчас медленно и осторожно спускаемся вниз по склону!

И подал пример сам. Протянул руку к конюхам, взял вожжи — висящие у него на морде конюхи просто бросились в разные стороны, и Коровиэль сам подошёл. Я похлопал его по стальной пластине шафрана на голове и повёл за собой.

Остальные, к счастью, намек поняли — рыцари взяли лошадей и пошли вниз. Идти пешими я замыслил как дополнительную предосторожность, чтобы нас не увидели раньше времени. Но вскоре выяснилось, что склон холма, обращённый к Тростниковой Ложбине, был куда более обрывист и крут, чем тот, по которому мы поднялись. На самом деле спуск оказался довольно трудным — то и дело приходилось обходить валуны и участки, которые шли под слишком крутым углом.

Периодически я нервно поглядывал в просветы между деревьями. Видя это, Сперат поднял своего дрона. Фея вспорхнула повыше, и через некоторое время Сперат доложил:

— Нас не видят! Они строятся чуть в стороне, ближе к нашей пехоте.

Ещё не меньше десяти минут довольно трудного спуска. Ругательства, лязг доспехов. И Сперат сообщил:

— Кажется, они готовятся атаковать людей Фрозена!

Ещё пять минут, за которые мне пришлось удерживать Коровку от падения. Из-под его копыт вывернулся ком земли, и он заскользил вниз. Мы обошли опасный участок, для чего нам пришлось подняться наверх. Люди уже не стеснялись ругаться, кто-то уронил меч — тот выскочил из ножен и, весело звеня на камнях, укатился вниз. Впрочем, как бы ни было шумно вокруг, в Тростниковой Ложбине было ещё больше шума. До нас доносились сливающийся в гул грохот копыт, лязг доспехов и крики людей. А потом пронзительные, как ножом по стеклу, звуки боевых рогов.

— Они пошли в атаку! — не понижая голоса, сказал Сперат.

Это было понятно и без него. Я скрипнул зубами, и в этот раз, кажется, кусочек эмали откололся. Мы отчаянно не успевали. И я постарался ускориться.

— А наша пехота даже не построена, — добавил Сперат через некоторое время.

Мы добрались до невысокой стены, высотой мне примерно по пояс, сложенной из необработанных камней. Я пинком развалил её, провёл в пролом Коровку — и мы оказались на открытом пространстве. Покрытая пышной зеленью земля всё ещё шла под уклон, но деревьев больше не было. Видимо, до сюда уже вода заливает. Я вскочил на Коровку.

Слева от меня — волшебный мост, который был не запланирован. Прямо передо мной — обычный, как я и планировал выйти из деревьев так, чтобы отрезать врагов от него. В основном армия врагов справа. Вот только их многовато.

Надо отдать должное Джевалу — он смог добиться от рыцарей подчинения. Разумеется, происходящее было мало похоже на компьютерную стратегию или голливудский фильм. Отряды не ходили ровными рядами. На самом деле по всему полю сновали туда-сюда всадники, как тараканы по кухне. Нас видели, но не обращали внимание. Принимали за своих. А белые ленты и красно-белая геральдика — ну, мало ли у кого такая может быть? Однако большая часть вражеской конницы всё же сгруппировалась перед моей пехотой. И от этой массы периодически отрывались группы в несколько десятков человек и под звуки боевых рогов атаковали моих пехотинцев. Отряды, ведомые наиболее благородными, читай — богатыми, или банды наёмников. К ним примыкали отряды поменьше, семейные или местечковые аристократические ополчения. Или наоборот.

Как ни странно, пехота держалась. Пока. Вириинцы тоже ещё не взялись за них всерьёз.