Глава 11

Егермейстер

Я задумчиво смотрел на стены Вириина. Не самое впечатляющее зрелище. Город был слишком вытянут вдоль канала, а стены — слишком длинные для его размера. И низкие. Не удивлюсь, если Сперат встанет у стены и достанет до нижнего края зубцов, просто вытянув руки вверх. Ну ладно, возможно, ему все же придется слегка подпрыгнуть. Зубцы, к тому же, были сложены из грубого, плохо обработанного камня на крошащемся растворе. Да и сама стена состояла из мелкого и плохо обработанного камня. Горожане явно сэкономили и строили своими силами, разве что наняв мастера-каменщика в качестве консультанта. Короче, по сравнению с внушающими стенами Караэна, это просто забор.

Но я слишком хорошо помнил, как успешно оборонялись ополченцы из Плотничьего тупичка в фруктовом саду, который и в самом деле был обнесен забором. И как даже наскоро возведенные земляные валы помогли против армии нежити. Я покачал головой.

— В этом нет смысла. Мы просто потеряем людей и ничего не добьемся. Пожалуй, можно было бы приступить к стенам с разных сторон, подведя штурмовые лестницы, ведь высота стен небольшая, — сказал я. — Вот только у нас будет лишь одна попытка. Вы и сами говорите, вокруг все опустошено, у нас мало еды. Мы не сможем оставаться тут дольше пары дней. Нет, я не могу отдать такой… — я опять споткнулся на слове «приказ». Подобрал аналог в местном языке. — Я не желаю штурма. Ведь шансы на успех невелики, а если штурм не удастся, то люди потеряют веру в меня. И будут правы. Я не люблю играть в кости с судьбой на жизни своих людей.

«Только когда нет выбора», — подумал я про себя.

— Что такое «штурмовая лестница»? — заинтересовался Фрозен.

Я поманил рукой писаря, который маялся неподалеку, не зная, куда себя деть. Выдернул у него из украшенной тесьмой сумки лист серой бумаги, вынул из висящей на его груди бронзовой чернильницы заточенную палочку — гусей для перьев в этом мире не было — и начал набрасывать.

— Это такая лестница, которая позволяет легко и быстро взойти на стены. Лучше ставить её на колеса, поскольку так враг может не успеть подготовиться.

К моему удивлению, рисовать мне давалось легко. Рисование любили рыцари Королевств, но в обязательные рыцарские добродетели оно нигде не входило, поэтому Магна ему не обучали. И все же, отточенная точность движений профессионального фехтовальщика неожиданно очень помогала наносить на бумагу именно те линии, которые я и планировал. Не считая пары безобразных клякс, получалось неплохо. Я даже увлекся.

Явно заинтересованная этим, ко мне приблизилась Адель. Ей пришлось спешиться — я же был пешим, следовало соблюдать приличия — но перебороть любопытство она не могла. Рядом с ней была Лилия. Обе выглядели заинтересованными и удивленными. А Фрозен и Леонхарт — обескураженными.

— Это разрез, это вид сбоку, — показал я стилусом на свой рисунок.

— Ээм… Ясное дело, — закивал Леонхарт.

Я вздохнул. Нарисовал рядом более простой пример:

— Видишь, это персик. А вот персик в разрезе, — снова постучал я стилусом по рисунку.

— О, понял! — искренне обрадовался Фрозен. — Вон же косточка!

Леонхарт стоял с нахмуренным лицом. Он не был тупым, но у него просто не хватало нужных нейронных связей. Не у него одного — карты читать тут тоже далеко не каждый мог. Довольно неожиданно, что некоторые привычные для меня вещи тут идут со скрипом, поскольку местным не хватает навыков для них. Это как циферблат часов со стрелками — если ты не привык ими пользоваться, то тебе приходится мучительно думать, сколько они показывают времени. А человеку привычному достаточно бросить беглый взгляд.