|
- Вот видишь, - сказала Барбара, - какой трудный ребенок. Похлопотав над Марлин, Барбара зашла проститься с Безилом на ночь. - Я еще посижу немного, поработаю над книгой. - Хорошо, милый. Спокойной ночи. - Она перегнулась через спинку дивана и поцеловала его в макушку. - Больше не ревешь? - Нет, не реву. Он взглянул на нее и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. У них была одна улыбка. Каждый видел себя в глазах другого. Лучше Безила никого нет на свете, думала Барбара, глядя на свое отражение в его глазах, никого, когда он такой милый. II Наутро Безила разбудил Бенсон, единственный слуга-мужчина, остававшийся в доме с тех пор, как Фредди начал "умерять свой пыл". (Он взял в армию своего камердинера и содержал его теперь за счет короля в гораздо худших условиях.) Безил наблюдал из постели, как Бенсон раскладывает его одежду, и размышлял про себя, что он все еще должен ему какую-то мелочь со своего прошлого визита. - Бенсон, я слышал, вы уходите? - Я был не в духе вчера, мистер Безил. Я не могу оставить Мэлфри, и миссис Сотилл должна бы это знать. Тем более сейчас, когда капитана нет дома. - Миссис Сотилл была очень расстроена. - Я тоже, мистер Безил. Вы просто не знаете, что такое Конноли. Это не люди. - Мы найдем для них квартиру. - В здешних местах никто не пустит к себе Конноли. Хоть сто фунтов за них давай. - Я должен вам некоторую сумму, я так полагаю? - Должны, мистер Безил. Двенадцать фунтов десять шиллингов. - Так много? Пора бы вернуть вам долг. - Да, пора. - Я верну его, Бенсон. - Смею надеяться, сэр. Я в этом уверен. Безил в раздумье отправился в ванную. В здешних местах никто не пустит к себе Конноли. Даже за сто фунтов. Даже за сто фунтов. С начала войны Барбара взяла в обыкновение завтракать внизу, ошибочно рассудив, что так будет меньше хлопот. Если раньше ей подавали плетеный поднос на столик у кровати, то теперь приходилось накрывать целый стол в маленькой столовой, на два часа раньше разводить огонь, чистить много серебряной посуды и подрезать фитили у керосинок. Этого новшества не одобрял никто. Когда Безил вошел, она сидела склонившись к камину, с чашкой кофе в руках; она повернула к нему свою курчавую темную голову и улыбнулась; у обоих было погибельное сочетание темных волос и прозрачных голубых глаз. Нарцисс приветствовал Нарцисса из их водной глуби, когда Безил; целовал ее. - Дурачинушка, - сказала она. - Я уломал Бенсона. - Какой ты способный, милый. - Пришлось дать старику пятерку. - Врешь. - Ладно, не хочешь, не верь. |
