– Хочешь приманить распадами Нечто? Ты же всегда их боялась. С чего вдруг теперь решила использовать, да еще с ловлей на живца? Не ожидал от тебя такого.

Ольга замялась, вопрос ее явно смутил.

– Это не моя идея, – наконец сказала она. – Ребята предложили, и я решила, что не стану им мешать. Кто я такая? Теоретик, сама не могу даже ручку на полметра переместить. Так что буду наблюдать за происходящим с корабля и следить за тем, чтобы они не заигрались.

– Ты же понимаешь, что для сущности, способной перемещаться через разрывы, стены корабля не помеха?

– Понимаю. – Она снова замялась. – Но я уже все решила… Еще там, на Земле. Свой первый полет я пропустила, и чем все закончилось? Больше такого не повторится. А пролетев четыре световых года, глупо зарывать голову в песок, так ведь?

Честно говоря, я потерял нить рассуждений примерно на середине. Видел ведь в корабельной библиотеке «Заметки о женской логике», надо найти и прочитать, наконец. Сейчас же оставалось только понимающе кивнуть, попрощаться и пойти по своим делам, ощущая спиной печальный взгляд Ольги.

* * *

С телескопом нам повезло. После замены контрольного блока и дозаправки двигателей ориентации удалось остановить вращение и просветить корпус рентгеновским сканером. Внутренних повреждений не нашлось, хотя вся программная диагностика светилась красным. Пришлось подогнать челнок и полностью заменить электронику. Зато после этого телескоп заработал как новый.

Еще сутки ушли на осмотр предполагаемого места посадки. Чтобы не гонять исследовательские дроны слишком далеко на подзарядку, для спускаемого модуля мы выбрали ровную скалистую площадку метрах в пятистах от одного из «городов». Данные инфракрасного сканирования говорили о том, что внутри «зданий» есть крупные скопления местных существ или что-то еще, поддерживающее температуру стен на пару градусов выше окружающей местности.

Наконец все было готово. Сидя у большого, на половину стены, обзорного экрана, мы смотрели, как посадочный модуль начинает постепенно раскаляться, входя в атмосферу планеты.

– С челноком, конечно, было бы удобнее… – протянула Ольга, когда модуль стал похож на падающую звезду. – А так это какое-то бросание камней в прорубь, а не исследование.

– Мы же говорили об этом, – взметнулся Райли, и я снова отметил его излишнюю эмоциональность. – Экспедиции принципиально не комплектуются челноками, способными взлететь с планеты. Чтобы не могли занести инопланетные микроорганизмы сначала на корабль, а потом и на Землю.

– Но Третья звездная поднимала животных на орбиту…

– Да, но не на корабль, а на отдельную ферму, где для них создали привычные условия. Людей на ней не было, биологи работали с животными через систему телеприсутствия.

– Кстати, – добавил я, – мы планировали туда заглянуть. В отчетах упоминается о систематических отказах оборудования перед гибелью животных, думаю, здесь нас могут ждать сюрпризы.

– Не напомнишь параметры орбиты? – задумчиво потер подбородок Райли.

Порывшись в коммуникаторе, я нашел проект Space Zoo и вывел на обзорный экран визуализацию орбиты законсервированной станции.

Райли неподвижно застыл, видимо пытаясь что-то найти в своих записях. Вскоре на экране появилась синяя точка, лежащая чуть в стороне от отмеченной зеленым пунктиром орбиты.

– Помнишь те «странные камни», до которых я так и не смог добраться? Ты вытаскивал меня из этой точки, – Райли ткнул пальцем в экран. – Значит…

– Значит, секретность в тот раз вышла нам боком, – закончил я фразу. – В Четвертой звездной допуск к информации о закрытом проекте имели три человека, включая Аджита. В следующей экспедиции никого из них не было.