Вскоре в центр зала вышел распорядитель бала, солидный дядька со здоровенной, украшенной узорами и лентами дубиной. Бахнул дубиной об пол и объявил:

— Вальс!

Песцовы заранее договорились, что первый танец Олег будет танцевать с Машей. Все-таки, она по изначальному статусу была выше прочих жен. Да и к Дикому полю имела отношение. Едва они сделали первый шаг, как вокруг Веры с Алёной закружились кавалеры, словно стая комаров на болоте. Двое из них оказались удачливее своих конкурентов, и вскоре увлекли партнерш в круг танцующих. Какое-то время можно было за ними не смотреть, а побеседовать, не боясь быть услышанными.

— Маша, ты всё-таки решила надеть фамильные жемчуга?

— Ты это заметил только сейчас?

— Разумеется, нет. Но полагаю, что говорить о причине при всех ты бы не стала.

— Какой ты проницательный! — прищурилась девушка.

— И всё-таки, в чем причина?

— Вместе с твоей парадной шубой мне прислали еще один фрагмент фамильного набора.

— Да, я заметил сеточку для волос. Черный жемчуг среди золотистых локонов, конечно, привлекает внимание. Но на мой взгляд, это сочетание навевает мысли о трауре.

— Твой взгляд устарел. Сейчас в моде контрасты.

— Как скажешь. Я не великий специалист, и могу оценить результат работы стилистов лишь в пределах парадигмы «нравится-не нравится».

— И тебе не нравится?

— Еще не решил. Могу лишь сказать, что гарнитур выделяет тебя среди всех прочих. А какова вторая причина?

Каракалова помолчала, прикидывая: говорить или нет. Наконец, решилась.

— Сегодня будет обмен подарками. Небольшими, не слишком дорогими. Можно сказать, ритуальными сувенирами.

— Я об этом знаю. Вместе ведь согласовывали, вместе подбирали подарки что для императора, что для его жен.

— Разумеется. Но доброжелатели шепнули мне на ухо, что одним из подарков со стороны императора будет предмет из моего родового набора.

— Теперь понятно: ты хочешь прямо тут, не отходя от кассы, шокировать уважаемую публику. Хорошее желание, я поддерживаю.

Олег улыбнулся.

— На самом деле? — недоверчиво переспросила Маша.

— Разумеется. Вспомни: врал ли я хоть раз тебе или девчонкам?

Каракалова помолчала, честно пытаясь припомнить. Потом лицо её просветлело.

— Олежек, ты — лучший! Я тебя просто обожаю!

В этот самый момент музыка стихла. Олег повел даму на место, чтобы уже через минуту выйти с Верой Лебедевой танцевать менуэт.

— Ну что, как ты себя ощущаешь во всем этом?

Олег крутанул головой, обозначая собравшееся на балу общество.

— Непривычно и неуютно, — поморщилась Вера. — Чересчур много всего: людей, шума, блеска.

— Да ты просто не понимаешь, как тебе повезло, — поддразнил её Песцов. — Тысячи, десятки тысяч девушек страстно жаждут именно этого: людей, блеска, высшего света и всего прочего. Но им не светит.

— Я бы с удовольствием променяла все балы на один спокойный вечер. Ты бы рисовал в своей студии, а я бы сидела чуть в стороне и глядела на тебя. Или занималась чем-нибудь еще — главное, чтобы рядом с тобой.

— И тебе действительно этого хочется?

— Да, очень.

— Увы, я должен тебя разочаровать: время от времени тебе придется демонстрировать себя обществу. Могу обещать лишь, что это будет происходить нечасто. А что касается совместных посиделок, то следующая случится лишь будущим летом. Уже завтра мы выедем на несколько дней в Караим-кала, я познакомлю вас с тамошней нежитью и покажу новые владения. Вы развлечетесь экзотикой, поиграете в кладоискателей. А после этого у меня продолжится служба, у вас начнется учёба.

— Жаль.