Лиф сражался с отчаянной решимостью, но вскоре почувствовал, как два огромных монстра фокусируют свое внимание именно на нем. Они окружили его, словно стены лабиринта, из которого нет выхода. Его разум лихорадочно перебирал стратегии: атаковать первым, использовать защиту, найти слабое место… Но каждая мысль заканчивалась одним и тем же – смертью.

– Хах, я вам просто так не дамся! Хоть одну тварь, но убью! – воскликнул Лиф, хотя его голос потонул в грохоте битвы, в которой остальные существа сражались за свою жизнь. Его слова были обращены не к кому-то конкретному – это был крик души, вызов самой судьбе.

Взгляд Лифа остановился на пернатом монстре, чьи красные глаза горели, как угли в ночи.

– Эй ты, в перьях, теперь ты моя цель, – процедил он сквозь зубы, вглядываясь в бездну этих глаз.

И вот он рванулся вперед и прыгнул, словно молния, разрезающая небо. Лиф двигался с невероятной скоростью, его когти сверкнули в свете факелов, как последний луч надежды. Его длинный язык вылетел изо рта в воздух, когда второе чудовище замахнулось своей склизкой лапой, швыряя грязную слизь во все стороны.

– Я быстрее тебя убью, – прошептал Лиф с холодной улыбкой на лице, вонзая когти в горло пернатого монстра. Его глаза были закрыты, он уже видел свой конец – смерть от лап черной слизи. Но внезапно его тело наполнилось энергией. Он резко обрубил голову монстру в перьях и приземлился на землю, целый и невредимый, будто сама судьба решила подарить ему еще один шанс.

Неожиданно наступила тишина. Трибуны замерли, словно весь мир перестал дышать. Лиф обернулся и застыл, не в силах поверить своим глазам.

Тело огромного существа из черной слизи было разрублено пополам, а впереди стоял Дэф. Его образ был ужасающе прекрасен: длинные когти на руках и ногах блестели каплями черной крови, большие узкие черные глаза пылали бездонным светом, а высунутый язык параллельно вытягивал последние остатки души из поверженного монстра. Чешуя белого цвета покрывала его тело, а острые зубы, видневшиеся изо рта, завершали этот жуткий, но величественный образ.

Лиф впервые увидел астрилию в истинном обличье. И эта картина навсегда запечатлелась в его памяти, словно символ того, кто его брат на самом деле – существо, которое стоит на границе двух миров, но не принадлежит ни одному из них.

Существа, сидевшие и стоявшие на трибунах, застыли в немом оцепенении. Казалось, что чудовища померкли перед тем, что предстало перед их глазами. Астрилия, окрепшая, полная сил, превзошла все их представления об ужасе. Ее истинная форма была подобна воплощению кошмара, который не могли даже вообразить зрители.

– Не может быть… – прошептала Кайра, ее голос дрогнул, словно она увидела что-то противоречащее всем законам природы.

Дариан, обычно невозмутимый и холодный, как ледник, вскочил со своего места. Его лицо исказилось от шока, а глаза, спокойные и пронзительные, теперь горели тревогой. Он не мог отвести взгляда от этой картины: фигура Дэфа, преисполненная первобытной мощи, источала угрозу, которая затмевала даже самых жутких монстров на арене.

Только Диана понимала, что произошло. Слезы навернулись на ее глаза, когда она осознала, какой ценой Дэф спас брата. Она знала, что его судьба предрешена – он был обречен на жизнь, полную боли, одиночества и вечной борьбы. Ее сердце сжалось так сильно, будто невидимая рука выжимала из него каждую каплю надежды. Боль, которую она испытывала сейчас, была не физической, а куда более глубокой, разрывающей ее изнутри. Не в силах больше выдерживать этого давления, Диана упала на пол, потрясенная случившимся, и почувствовала себя сломленной из-за того, что давний семейный секрет был разоблачен перед всеми.

– Схватите астрилию! – раздался ледяной голос королевы, прорезав воздух, словно клинок.