Другая проблема – как понимать слово «знающий». Гераклит был противником пустой эрудиции, и поэтому, о чем подробно говорит Лебедев (Л 439–440), предпочтительнее понимать его в смысле эксперта в человеческих делах, т. е. судьи, арбитра. Тем самым Гераклит, возможно, прежде всего стремился лишить толпу не только законодательной и исполнительной, но и судебной власти. Мы считаем, что смысл отрывка можно изложить так: «Только тот, кто избирает мудрость, иначе говоря, ясно видит все меры, тот только и может компетентно говорить о мерах вещей».

Ф. Федье комментирует этот фрагмент так:

Слово «философ» впервые появилось в греческом языке, скорее всего, у Гераклита (фрагмент 35 по Дильсу и Кранцу), но еще не в техническом смысле. Это слово обозначало, судя по всему (но мы не можем быть до конца уверены), примерно то же, что слово «историк»: человека, который любит узнавать разные вещи. Скорее всего, Гераклит не был доброжелателен к таким людям, судя по его другим высказываниям: эфесский мудрец противопоставлял легко добытым знаниям и умениям тяжелый труд мысли. У Геродота «философствовать» означает просто собирать как можно больше знаний, с некоторой попыткой их осмыслить. Только у Платона, в конце диалога «Федр», слово «философ» начинает употребляться в техническом смысле. (F 52)

36

* * *

Если понимать эту цитату в параллели с космологическим рассуждением во фрагменте 31, тогда перед нами просто отождествление двух понятий: огонь и душа. Зачем Гераклиту понадобилось повторять ту же мысль, но уже применительно к человеческой душе? Вероятно, чтобы усилить идею дышащего, везде присутствующего огня, который в том числе присутствует в наших субъективных намерениях – и тем самым исключить вариант, что наши души подчиняются каким-то собственным частным законам восприятия и размышления.

37

* * *

Гераклит явно пародирует обывательское отношение к очистительным обрядам, на которые нападает во фрагменте 5. То, что это о толпе, подчеркивается нарочито домашними и обыденными образами: птичник, пыль у крыльца и зола из печи.

38

* * *

Цитата, как и следующая, приводится Диогеном Лаэртским. Гераклит отдал в книге долг своему предшественнику, который благодаря астрономии и метеорологии, исчислению небесных закономерностей первым выступил не как частный законодатель полиса, а как потенциальный общий законодатель. Звездочетство (астрология) – умение увидеть закономерности общемировых порядков, и для Гераклита слово логос (счет – мера – слово) здесь звучало более чем отчетливо.

39

* * *

На неясность значения слова «логос» обратит внимание любой интерпретатор: за что хвалит Гераклит Бианта? За то, что он был умнее других? Что его имя у всех на устах (если понять «логос» как просто речь)? Наконец, что он ближе всего к тому культу Логоса, к которому стремился Гераклит, и потому имеет право возвышаться над толпой? Слова оригинала «могут говорить или о том, что он мудрейший из семи мудрецов, или что его почитают выше всех, или, наконец, что о нем говорят более, чем о ком-нибудь другом» (Д 291). Лебедев акцентирует сверхаристократизм и антидемократизм Бианта (Л 435) и политические обертоны высказывания: «Недалеко от Приены находился Панионион – центр Ионийской лиги (κοινὸν τῶν Ἰώνων), на который Гераклит, должно быть, возлагал большие надежды в деле освобождения от персидского ига. Но Гераклит вряд ли разделял «пораженчество» Бианта – его совет ионийцам после завоевания Ионии коллективно эмигрировать в Сардинию».

Думается, можно тогда интерпретировать это высказывание так: Биант знал Логос как меру мер в том числе и для общественной жизни, и поэтому там, где был Биант, там можно будет учредить политику, построенную по законам Логоса.