На самом деле Сандра Вернон прилетела из Беркли. У нее был калифорнийский загар, короткие платиновые волосы и степень кандидата наук по психологии Калифорнийского университета в Лос‑Анджелесе.

– Мы занимаемся психическим здоровьем человека. К нам часто обращаются, и мы просим пациента нарисовать определенный предмет, например дом, дерево или человека. Основываясь на этих рисунках, на манере, в которой они выполнены, мы можем делать выводы о его психическом здоровье.

– Невероятно! – воскликнул искренне пораженный Джордан. – Вы можете, глядя на черточки и палочки, сказать, что происходит в мозгу другого человека?

– Несомненно. Работая с малышами, которые еще не умеют выразить происходящее с ними словами, по их рисункам мы видим, не подвергаются ли они сексуальному или физическому насилию. И тому подобные вещи.

– С подростками вам приходилось работать?

– Иногда.

Джордан встал за спиной у Криса и намеренно положил руку ему на плечо.

– А с подростками, находящимися в глубокой депрессии и подумывающими о самоубийстве, работать приходилось?

– Да.

– Вы можете, глядя на рисунок подростка, увидеть намеки на сексуальное насилие или суицидальные наклонности?

– Да, – заверила Сандра. – Рисунки отражают скрытые чувства, которые подавляются. Которые являются слишком болезненной темой, чтобы каким‑то другим способом это могло всплыть на поверхность.

Следовательно, к вам может прийти ребенок, в чьем поведении не заметны аномалии, а вы посмотрите на его рисунки и сможете сказать, тревожит ли его что‑то в жизни?

– Определенно.

Джордан подошел к столу с уликами и взял рисунок Эмили который она сделала в десятом классе, где были изображены мать и дитя.

– Не могли бы вы обрисовать психологическое состояние человека, нарисовавшего это?

Сандра достала из кармана очки в тонкой оправе и водрузила их на нос.

– Это рисунок эмоционально стабильного, уравновешенного человека. Как видно, лицо и руки пропорциональны, рисунок вполне реалистичен, ничто не кажется необычным или преувеличенным, использованы яркие краски.

– Спасибо. А как насчет этого? – спросил Джордан, беря портрет с черепом.

Сандра Вернон удивленно приподняла брови.

– Это совершенно другой случай, – заявила она.

– Вы можете нам объяснить, что вы видите на этом рисунке?

– Конечно. Начнем с черепа. Череп сразу же говорит мне, что человек, вероятнее всего, поглощен приближающейся смертью. Но еще больше скажет смешение красного и черного цвета на заднем фоне – свидетельство о суицидальных мыслях, зафиксированное во многих трудах по психологии. А также это грозовое небо. Часто мы видим, что люди рисуют тучи или дождь, когда встревожены или подумывают о самоубийстве. Но еще более тревожный знак – то, что художник нарисовал тучи там, где должны быть глаза. Глаза символизируют мысли человека. Я бы сказала, что решение художника нарисовать сгущающиеся грозовые тучи в глазницах настойчиво свидетельствует о том, что его неотступно преследуют мысли о самоубийстве. – Она перегнулась через свидетельскую трибуну. – Можно… можно поднести рисунок поближе?

Джордан подошел с картиной к свидетелю и поставил ее на трибуну, загородив Сандру от судьи.

– Откровенно говоря, очень тревожат некоторые детали на картине. Рисунок выполнен в стиле сюрреализма…

– А это имеет значение?

– Сам стиль нет. Но то, как расположены предметы на картине, имеет. Видите, хотя изображен голый череп, но вокруг глазниц длинные, хорошо прорисованные ресницы, а изо рта свисает вполне реалистичный язык.