Сосновский искоса глянул на вышедшего из второй будочки священника, и тот не понравился ему ни внешностью, ни благостным выражением лица, ни походкой, ни тем, как он посмотрел на Эдуарда – любопытным и в то же время неприязненным взглядом. Взглядом, который никак не вязался с его благообразной личиной.

Через два часа после того, как они вернулись из города, Сосновский и Рош сменили на дежурстве Балу и сержанта Дамалу. Вечер и половину ночи они оба молчали и только перекидывались мимолетными взглядами. Гринно – насмешливо-снисходительными, а Сибиряк – угрюмыми и настороженными.

«Ничего, матрешка, я тебя все равно раскушу», – думал Сосновский.

О чем думал в это время Рош, знал только он сам. Но ничего хорошего эти его раздумья для Эдика не несли.

* * *

Через три дня, пройдя таможенный контроль, колонна с русской гуманитарной помощью пересекла границу Демократической Республики Конго. Из городка Буэра в Уганде они переехали в приграничный городок Касенди и, не останавливаясь, доехали до города Бени. Там они остановились, чтобы решить, куда им двигаться дальше. Дело в том, что из этого города шоссе А109 раздваивалось и вело до столицы страны Кисангани двумя разными путями. Первая дорога шла через почти непроходимые заболоченные джунгли по трассе № 4, но была короче, что позволяло сократить путь чуть ли не вдвое. А вторая дорога по трассе № 2 была объездной и шла вдоль границы с Угандой и Руандой, а потом сворачивала на шоссе № 3 и была куда как длиннее, что задержало бы колонну на пару дней и не позволило бы ей вовремя прибыть на место.

– Честно признаться, – высказался Михаил, который был в некотором роде экспертом африканских дорог в колонне, – я даже не знаю, что и посоветовать. Вариант с короткой дорогой хорош только тем, что эта дорога короче, но никак не безопаснее по сравнению с длинной дорогой. Если в районе заповедника Окапи прошли дожди, то дорога там, конечно, ужасная. В любой момент можем где-нибудь застрять в какой-нибудь заболоченной заводи. Они разливаются там по всей округе, и проехать по глине и грязи тяжелым фурам будет сложно.

– А что с объездом? – нахмурившись, спросил Соболев.

– Объезд тоже не лучший вариант, – вздохнул в ответ Михаил. – Дорога перегружена, и на ней в каждом городке, в который будем заходить, будут пробки. Так что к двум дням выбивания из графика из-за дальнего расстояния можете смело добавлять еще два дня на пробки.

– Хм, дилемма… – задумался Соболев, а потом решительно сказал: – Надо узнать насчет погоды. Проходили ли в районе заповедника… Как ты там его назвал?

– Окапи, – напомнил Михаил.

– Ага. Так вот, надо бы узнать, были ли в районе заповедного парка Окапи дожди. Если нет, то на кой нам эта объездная дорога?

– Хорошо, я узнаю. Но надо еще поговорить с водителями, которые не раз уже проезжали с грузом по обеим этим дорогам, и уточнить у них детали, – посоветовал Михаил.

– Темный, Атос, задачу поняли? – посмотрел на помощников Соболев.

Оба кивнули в ответ. Чего уж тут непонятного – узнать, какой дорогой лучше проехать до столицы.

– Вот и хорошо. Расходимся. Как только все, что нужно, узнаете, сразу докладываете мне, и на основании собранной информации будем решать, как нам поступить и по какой дороге двигать дальше.

Пока командиры думали и гадали, Рош нервничал. Ему очень было нужно, чтобы колонна не поехала обходным путем. Засада на фургоны с гуманитаркой была задумана именно в районе леса в бассейне реки Итури, то есть именно у заповедника Окапи, где должны были поехать фуры. Но через час, когда стало известно, что до начала сезона ливней еще целых две недели и было принято решение ехать короткой дорогой, Гринно успокоился и даже повеселел.