– Тогда... – сказал Загремел, которого наконец озарило. – Они предназначены друг для друга. Вот почему были перепутаны их имена: чтобы они обязательно встретились.

– Да! – согласилась кентаврица. – Я думаю, Джон, полагаю, теперь она Джоан, останется здесь, в Стране птиц.

Решение проблемы феи оказалось решением и для всей компании! Одна из них не просто останется – она будет счастлива остаться! Все шло просто прекрасно, как по нотам. Но ведь именно таковы пути Судьбы, и лишь мы можем считать их цепочкой случайностей...

Они выяснили, как им выбраться отсюда, и оставили свою маленькую приятельницу‑фею на милость ее счастливой судьбы. Удовлетворенные птицы легко отпустили их.

Лучшая дорога на север, как заверил их попугай, проходила через Водное Крыло. Там почти нет монстров, и до северной границы Ксанфа тоже ближе.

Они решили отправиться этим путем. Монстров они насмотрелись уже более чем достаточно, а поскольку птицы уверяли, что в Водном Крыле нет ни огня, ни землетрясений, дорога действительно обещала быть легкой. Кроме того, в ухе слышался шум водопада, предвещающий их ближайшее будущее.

Когда они собирались пересечь границу, к ним поспешила Джон – Джоан.

– Вот жаркая волна, – сказала она. – Мой нареченный берег ее для себя на случай, если соберется покинуть Страну птиц, но теперь она ему не нужна. Когда придет время, просто разверните ее.

– Благодарю, – сказал Загремел. Он взял жаркую волну. Она походила на волнообразно изогнутую проволоку, запечатанную в прозрачном конверте.

Девушки обняли на прощание свою подругу, а Загремел протянул мизинец, чтобы фея смогла обменяться с ним рукопожатием. И они переступили границу, готовые ко всему.

Все, может, они и не получили, но по крайней мере кое‑что. Они попали в страшный ливень. Недаром птицы назвали эти земли Водным Крылом! Под ногами была земля, но ее невозможно было различить из‑за сплошной завесы дождя.

Чем вытащила свою веревку, все снова обвязались ею и с хлюпаньем, вымокшей цепочкой направились к северу. Загремелу приходилось дышать сквозь стиснутые зубы, чтобы не наглотаться воды. По счастью, вода оказалась не холодной – все это было похоже на купание.

Через час они с трудом поднялись по скользкому склону. Дождь поутих, но и воздух стал уже значительно холоднее, поэтому особого облегчения окончание дождя не принесло. Вскоре вода превратилась в грязь, а потом в снег.

Бедные девушки посинели от холода. Настало время воспользоваться жаркой волной. Загремел развернул проволоку. Она тотчас же начала распространять вокруг жару, просушив окрестности, а заодно и путников. Подарок феи был хорош, хотя и попал к ним по случайному стечению обстоятельств.

Снег прекратился, но подъем продолжался. Они поднимались в гору, покрытую толстым покровом снега. К ночи они все еще не сумели перевалить через гребень горы, и им пришлось заночевать на склоне.

Все проголодались, а Загремел просто умирал от голода. Он передал жаркую волну сирене, а сам зарылся в снег в поисках какой‑нибудь еды. Он нашел несколько ароматных сосулек в ледяной пещере и погнался за снежным зайцем, но не поймал его, а потому снова занялся сосульками – всяко лучше, чем ничего. Придется обойтись ими.

Снаружи было холоднее, чем он думал. Дыхание превращалось в висящее перед его лицом облако морозного тумана. Туман оседал на шерсти и покрывал шкуру ледяной коркой, делая огра похожим на снежного человека. Ноги и руки онемели от холода. Загремел не мог различить, где кончается его нос и начинается лед; когда он фыркал, сосульки стрелами разлетались в стороны.

Движения огра замедлились, его клонило в сон. Налетел резкий ветер, такой сильный, что огр споткнулся. Он мешком свалился на землю – снег смягчил удар.