– Тогда бы еще и нашего человека из «максима» положили, – резонно возразил Первак.

– И все равно…

– И они бы тебя, Данилыч, не послушали. У них полномочия и бумага от полпреда. Все важные такие, – хмыкнул заместитель.

– Пустобрех этот старший агент. Сам погиб и людей за собой поволок… Сашок, – обратился ко мне начальник, – это тебе наглядный пример, что дурной русский авось творит. За ним следом смерть с косой идет.

– Кто же все-таки этого Папуаса чертова отбил? – задумчиво произнес я. – Уже не Шустова ли работа?

– Сомневаюсь, – возразил Первак. – У Атамана пулемета сроду не было. Может, залетные своего отбили? Люди этого Саввы Вертопраха.

– Что-то тут не так, – сказал я. – Мне кажется, тут поработать надо. Может, к Шустову тоненькая такая ниточка потянется. Хуже, если еще одна банда объявилась.

– В корень зришь, Сашок, – произнес Раскатов. – Это бандитизм. На нас дело висит. Так что давай план агентурных мероприятий. Поработай. Может, что и вытащишь.

– Рукам работа – это душе праздник, – хмыкнул я.

Знать бы еще заранее, куда заведет меня эта работа…

Глава 16

Прошло пять дней. Мне их хватило, чтобы понять – дело по нападению на конвой не движется с мертвой точки, и каким рычагом его поднять, я не представляю. Сочиненный мной план оперативных мероприятий начальству понравился. Я его добросовестно выполнял по пунктам, слал запросы, встречался с людьми. Но дело застыло. Так что пока я только изобретаю новые версии – интересное занятие, надо отметить. Творческое. Сравнимо с журналистикой и публицистикой. И такое же бесполезное в быту.

– Куда вы спешите с таким пламенным порывом? – иронично уел меня заместитель начальника, с которым я столкнулся у лестницы, не дойдя считаных метров до вожделенного выхода из отдела.

– На встречу, товарищ Первак, – бодро отрапортовал я, вытянувшись по струнке.

В отличие от начальника отдела, его заместителю мои армейские привычки, особенно касательно чинопочитания, переходящего в чинодральство, грели душу.

– Встреча – это да. Это необходимо, – слегка скривился заместитель. – Не забудьте отписаться по ее итогу. В этом полугодии мы отстаем по количеству агентурных сообщений.

Вот ведь скрепка канцелярская. Отстаем мы. Учет и контроль, как говорил Ленин. В нашей организации это звучит особенно актуально, поскольку стараются учитывать и контролировать все. И тут Первак очень даже уместен. А вот оперативная работа… Он отвечал за линию информации, в числе прочего в его обязанности входили организация агентурно-оперативной работы, руководство резидентурами, а также вербовка информаторов. Однако дока он в этих делах был невеликий. Зато, как бывший партработник, умел виртуозно жонглировать словами и являлся просто асом документов, отписок, ответов. Бумаг в нашем ведомстве с каждым годом становится все больше, поэтому в этом отношении он был просто незаменим. На нем лежала львиная доля бумагооборота.

– И не забудьте, с вас справка по положению на предприятиях советской торговли, – добавил он напоследок в качестве приправы.

Я ему что-то пообещал, но он меня уже не слушал. Он иногда вот так вываливается из разговора, лицо его становится мечтательным. О чем именно он думает в такие мгновения? Готов поклясться, все его мысли схожи с мыслями героя старого армейского анекдота. «Красноармеец Иванов! О чем вы думаете в строю?!» – «О бабах, товарищ командир!» – «А почему о бабах?!» – «А я всегда о них думаю».