|
Самые маленькие кусочки покрывают мою ладонь, а в самом большом легко поместится собака средних размеров. Я кладу основу на стол, а ее кусочки – внутрь, любуясь тем, как переливаются оттенки цвета – от темного оникса внизу до яркого серебра вверху. Каждое кольцо затвердевшей чешуи вложено в другое, но никогда не отделяется, образуя гладкий внешний слой без выступов, который трескается только тогда, когда птенец готов к вылуплению.
– Скорлупа драконьего яйца, – Кортлин тянет слова, не особо впечатлившись. – Какими бы удивительными ни были ваши звери, но, увидев одну скорлупу, ты знаешь, как выглядят все остальные.
– Но не эта, – уголок моего рта приподнимается, и я провожу пальцем по внутреннему краю, представляя, как она ждала сотни лет, слушала и ждала. По моей руке пробегает заряд энергии, и я поднимаю брови от этого ощущения. – Это единственная раковина такого рода. Она принадлежит единственному и неповторимому ириду, который есть у нас на континенте. Седьмая порода драконов. Мы ищем именно род Андарны.
– Ты думаешь, я поверю… – начинает Кортлин, а потом замирает в полном ошеломлении, уставившись на Андарну.
Я оглядываюсь назад и вижу, что она решила слиться с растительностью, так что кажется, что Шира висит в воздухе, подвешенная за неизвестные острые тиски.
– Да.
– А это ее скорлупа, – Кортлин наклоняется ближе.
– Да. Она разрешила мне подарить ее тебе, – я подталкиваю тяжелую конструкцию к нему.
– У меня начинают течь слюнки, – предупреждает она.
– Еще немного. Ты молодец.
Кортлин кивает, осматривая раковину.
– Да, да, – он кивает. – Одно условие. Он, – его палец указывает в сторону Холдена – никогда больше не ступит на мой остров, или его жизнь будет потеряна.
– Договорились.
– Вайолет! – возражает Холден.
– Договорились, – повторяю я Кортлину.
– Тогда сделка заключена, – Кортлин склоняет голову.
– Сделка заключена, – я склоняю свою, и Андарна выплевывает Ширу. Пантера проносится мимо нас, уводя за собой сестер.
– Вы начнете свои поиски с Уннбриэля, не так ли? В конце концов, это ближайший главный остров, – Кортлин ждет, пока я кивну, затем смотрит на скорлупу Андарны, после чего обходит стол и направляется ко мне. – Если ты согласна, я могу предложить тебе еще одну сделку.
– Я слушаю.
Иногда я смотрю на Парапет, на сам процесс Молотьбы и поражаюсь, что драконы не бывали в Уннбриэле. То, что мы называем вероломством, – это их представление о начальной школе.
– Второй лейтенант Ашер Дакстон. Уннбриэль: Остров Данн
Глава 28
– Ты не можешь говорить серьезно, – шепчет Ри рядом со мной три дня спустя, когда профессор Девера расспрашивает первокурсников о падении Валлии, города среднего размера в двухстах милях к западу от залива Малек.
Мало того, что вэйнители снова движутся в Кровле, так за те восемь дней, что нас не было, прибыли курсанты-летуны Сигнисена. Теперь зал для боевого инструктажа заполнен до отказа. Даже ступеньки служат как сидения.
– Она абсолютно серьезна, – отвечает Ридок с другой стороны Ри, сильно зевая, что я тут же ловлю и повторяю, то и дело пытаясь подавить его рукой.
Черт возьми, как же я устала. Каждая мышца болит, желудок никак не может решить, хочет ли он съесть все или отторгнуть, и у меня начинает двоиться в глазах, когда я пытаюсь сосредоточиться на карте. Мы прилетели сегодня утром из Альдибаина и были вознаграждены за то, что довели себя до предела, – по приказу генерала Аэтоса нас отправили прямо на боевой инструктаж. По крайней мере, мне удалось оставить книги отца в своей комнате и узнать от Имоджен, что она сохранила жизнь моему пленнику. |