Он рассмеялся, когда Карла ткнула его локтем в бок:

– Тоже мне романтик!

– Я просто пошутил! И кто же я, если не романтик? Целую вечность ждал полнолуния, чтобы сделать тебе предложение. Мои лучшие намерения едва не довели меня до беды. Мне нужно было свериться с «Фермерским альманахом», [19] тогда бы я понял, что это не очень хорошая затея.

Карла нежно поцеловала его в щеку:

– Мне до сих пор не верится, что я бродила по пляжу в ту самую минуту, когда тело Доринды Дос плавало где‑то поблизости!

– Если б ты только знала, как я перепугался! Просыпаюсь в три утра, а тебя нет!

– В тот час на пляже было пустынно и очень страшно. И там было что‑то, показавшееся мне очень странным, но я была немножко навеселе и поэтому не запомнила, что именно. На самом деле я очень хочу вспомнить, чтобы помочь той девушке, Риган.

– Что значит – странным? Объясни, я не совсем понимаю.

– Ну, будто бы я увидела что‑то очень необычное. Не орудие убийства, само собой, но что‑то такое... Словом, что‑то совершенно неуместное.

– Как правило, ты ничего не забываешь, особенно мои промахи.

Карла рассмеялась:

– Знаю. Но вспомни: весь день мы пили пинаколаду у бассейна, а за ужином еще и вина заказали. А потом, прежде чем убежать на пляж, я вытащила пару бутылок пива из мини‑бара. Просто удивительно, что ты ничего не почувствовал.

– А зачем тебе понадобились бутылки?

– Я бросила их в океан. Сначала выпила, разумеется.

– Негодница.

– На каждую я загадала желание.

– И что же ты пожелала?

– Ну, одно желание уже сбылось. Ты сделал мне предложение.

– А второе желание?

– Чтобы в день нашей свадьбы не было дождя. Если дождь испортит мою прическу, я просто с ума сойду.

– Некоторые говорят, что дождь приносит счастье.

Карла одарила его одной из самых своих обворожительных улыбок:

– Когда ты рядом, большего счастья мне уже не нужно. Я не жадная.

Джейсон крепко обнял ее, изо всех сил стараясь не думать о том, что девушка, которую он любил всем сердцем, разгуливала одна‑одинешенька по пляжу в ту злополучную ночь, когда была убита женщина, – а все потому, что было облачно и он не решился сделать ей предложение. И не было никакого сомнения, что Риган Рейли задавала им все эти вопросы не из праздного любопытства, думал Джейсон. Значит, они уверены, что это был не несчастный случай.

– Полагаю, мы набрали достаточно ракушек, чтобы написать Геттисбергское послание, [20] – сказал он, – так что давай‑ка лучше вернемся к машине и поищем подходящее место, чтобы объявить о своей вечной любви всем, кому вдруг придет в голову ознакомиться с гавайским граффити.

– Ты что, шутишь? Это же приманка для туристов. Все едущие по этой дороге из аэропорта и обратно непременно прочтут наше послание. И пролетающие над скалами могут посмотреть вниз и увидеть его.

– Только в том случае, если лететь в двух метрах от земли или смотреть в супермощную подзорную трубу. – Джейсон подхватил пакеты. – Идем.

Они вскарабкались к машине, припаркованной на вершине утеса, с которого открывался потрясающий вид на бирюзовую гладь океана. Их приятно удивило то, что на пляже не было ни души. Зрелище было просто бесподобное, дополненное низвергающимся поодаль водопадом и кокосовыми пальмами. Точь‑в‑точь как на рекламной открытке. Впечатление портила только глубокая вмятина на левой задней дверце взятого напрокат автомобиля, еще хранившая следы желтой краски. Сотрудник прокатной фирмы в аэропорту всучил им ключи от помятой машины и даже бровью не повел. Джейсон немедленно вступил в пререкания и в результате добился десятипроцентной скидки.