Глава 6. XIX век

Катя почувствовала дрожь, когда карета приблизилась к деревянному мосту, достаточно широкому, чтобы они проехали без труда. Больше недели они добирались до ее нового дома, останавливались в гостиницах и меблированных комнатах и до этого момента девушка даже не представляла, чего ожидать. Когда серые стены усадьбы появились среди густых деревьев, она ощутила волнение, неприятное предчувствие. Как странно… Каково это-жить на острове посреди… ничего? Дмитрий сказал, что неподалеку есть деревня, но за исключением воскресных походов на службу в церковь она застрянет на острове посреди озера на всю жизнь… О поездках в Петербург даже заикаться не стоило после такой утомительной дороги.

В лучах заходящего солнца вода приобрела персиковый оттенок с вкраплением красноватых искр. Озеро было настолько спокойным, что казалось зеркалом.

Катя схватилась за скамью, когда карета грохотала по мосту. Выдержит ли он тяжесть лошадей, кареты с путниками, чемоданов на повозке, следовавшей по пятам? Как глубока вода и как те, кто построил здесь монастырь, смогли сделать это без моста? Наверное потребовались десятилетия, но теперь от монастыря не осталось и следа, лишь колокольня одиноко возвышается над верхушками деревьев…

— Как вам вид? — Гордо спросил граф. — Разве он не прекрасен?

— Скажите да, иначе будет дуться целыми неделями, — пошутил Георгий.

— Выглядит очень… спокойным.

— Не волнуйтесь, никто нас здесь не потревожит. Это самый мирный дом, о каком вы только могли мечтать

Катя не была уверена, что мечтала о таком покое, все же она выросла в достаточно большом городе. У нее были знакомые, которым можно было нанести визит, а те, в свою очередь, посещали их дом.

— В деревне отмечают праздники? Пасху, Масленицу, Троицу?

Дмитрий пожал плечами. — Полагаю, что да. Но я не посещаю деревню. Графу и его супруге не подобает общаться с ее жителями.

— А меня ничто не останавливает, я часто бываю в деревне. — Улыбнулся Георгий.

Старший брат нахмурился.

— Мы всегда выходили погулять на Святки, на Масленицу, отец принимал гостей и мы сами навещали знакомых, — несмело начала Катя.

Муж не ответил, так как карета остановилась, и к ней подбежал парень, схватил лошадей под уздцы.

— Добро пожаловать домой, Ваши сиятельства, — поклонился мужчина постарше, когда Катя вышла из кареты и остановилась перед каменной аркой, окруженной двумя приземистыми колоннами.

Главный дом усадьбы отсюда открывался во всей красе. И он совсем не выглядел гостеприимным. Скорее… пугающим. Окна слишком малы, чтобы пропускать достаточно дневного света. Катя предположила, что на первом этаже до перестройки находились монастырские кельи.

— Так что вы думаете? — Снова спросил граф, видимо слегка удивленный молчанием жены.

— Это очень впечатляет.

— Я сейчас вернусь, не заходите без меня. Я хочу сам все вам показать.

Граф отправился к повозке с багажом, а Георгий уже исчез в доме. Катерина осталась там, где стояла, осторожно оглядываясь. Остров был больше, чем казался сначала, не только главный дом, но и несколько других построек, колокольня, которую она видела с моста, всему хватило места, даже небольшому лесу. Солнце заходило за верхушками леса и озеро темнело, теряло персиковый теплый цвет, становилось сначала серым, потом темно синим.

Она не обсуждала с мужем практические вопросы и теперь подумала, что все продукты наверное доставляют по мосту. Немного пугала тишина, странно, что здесь не было собак, даже в городе вечерами собаки лаяли то в одном, то в другом дворе.