Будет что сотнику теперь на совете докладывать, в сумме ордынцев и переяславцев они гораздо за сотню завалили, а сами только шапку потеряли. Стрела её сбила и в речку утащила. Но восполняемая потеря. Ворон пострадавшему стрельцу Илье знатный шелом с переяславца богатого отдал.

Событие пятьдесят второе

Онурис (егип. 3nh-wr Анхур, Анхара, Анхурет, Онхур; др.-греч. Ὄνουρις) — древнеегипетский бог охоты и войны. Он помогает Ра в борьбе с Апопом, а Гору — в борьбе с Сетом.

Гедимин, подлый трус. Выходи!

Нет. Не выйдет. На четвёртый день вернулись лучники, посланные к Овручу, и доложили, что Овруч не взят. Литвины нападение брянского князя легко отбили, а мелкий городишко взять не мог. Положили там кучу народу уже. Вроде как пяти сотен воев лучших Великий князь лишился.

Так-то у Андрея Юрьевича план был другой. По нему Гедимин бьётся с ордынцами и Святославом Киевским в лобовом сражении, ну, как на поле Куликовом. А потом князь Владимирский добивает победивших татаровей или совсем их под плинтус загоняет, если победит Гедимин. Потом они делят Киевское княжество и все довольны.

А теперь чиво??? Гедимина нет. Святослава он сам уничтожил вместе со всем войском, брата его почти уничтожил, у того пару сотен осталось полностью деморализованных дружинников. И вот теперь, это ему нужно с двумя туменами лучшего на сегодняшний день войска в мире ратиться⁈ И именно лоб в лоб. С двенадцатью тысячами конников⁈

Закрадывались у Андрея Юрьевича смутные сомнения, что это не он такой умный и хитрый, а Великий князь Литовский. Он не «не может» Овруч взять, а «не хочет». В этом весь его расчёт был. Гедиминас ждёт пока владимирцы и Орда друг друга уничтожат, а потом он с красным плащом за плечами и с сильным свежим войском придёт и всех побьёт, кто не спрятался, и делить Русь уже он будет на своих условиях. А дурачок зятёк останется с носом и без войска. У него потом можно и Берестье отжать и Луцк. Ну, хотя Луцк вряд ли теперь. Сегодня час назад Димитрий почил в Бозе.

Так-то тоже не дешево победа достанется литвинам, если достанется, уже двое сыновей погибло у Великого князя.

— Мечеслав, как думаешь, если лафет с двумя стволами прямо сегодня отправить под Овруч, то поспеет Гедимин к тому времени, как сюда эти два тумена подойдут? — после Совета оставил Андрей Юрьевич воеводу в палатке.

— Нет, княже. Это туда по такой дороге ползти три дня, там ратиться. Опосля три дня Гедимин с войском будут город грабить. Потом сюда им тоже в лучшем случае три дня. Десять дней, как ни выкручивай. А зная, что поспешать надо, найдётся у литвина предлог задержаться. Занедужит, — воевода, сплюнул на пол, — Говорил же тебе, княже, не вяжись с литвином. Хитрован тот ещё.

— И чем сердце успокоилось? — хмыкнул Андрей Юрьевич, что-то не помнил он такого разговора с Мечеславом, наоборот тот говорил, что очень хорошо, что не в одиночку на Узбяка идти.

— Сердце? — вскинул косматые брови великан.

— Что нам делать… Что мне делать теперь? — нда, на кого бы ответственность переложить.

— Ратиться. Вои сами в бой рвутся. Особливо теперь, после знатной добычи, что с киевлян проклятых сняли.

— Ратиться. Ратиться. Ратиться. Сильны татары. Ну, а чего, деваться некуда. Мне, правда, шальная мысля в голову залетела.