Прямо за орудиями стоят баллисты и рогатки, и простые «скорпионы».

Какой же дурак их вперёд вытащил и без защиты оставил. Дурака зовут профессор Виноградов. Чего уж сразу без защиты? перед ними врыты в землю мины и густо чеснок разбросан. А ещё чуть позади стоит сотня возчиков с огромными копьями, которые в случае прорыва конницы те упрут в специально врытые в землю опоры. Копье шесть метров и всаднику будет не просто такой последний заслон преодолеть.

В нужность этого заслона князь Владимирский не верил. Не пойдёт лошадь на огонь и взрывы. Нет сейчас таких лошадей. Но раз люди есть, то почему чуть и не перестраховаться.

Кто ещё на стороне добра? Всё. Нет больше никого. Андрей Юрьевич с удовольствием бы поставил перед собой те семь тысяч, что должен был привести по договору Великий князь Литовский Гедиминас. Сволочь. Да даже бы не перед собой, а сбоку, свои линии более плотными сделав. Еще раз сволочь. А чего ожидал от человека со странным именем Гедеминас?

А кто на стороне Зла. На Темной стороне?

От дружины Святослава Киевского не осталось ни одного человечка. Брянские воины связаны Гедимином. От приличной дружины Олега Переяславского осталось от силы пять десятков человек. Проредили их прилично. Можно и вообще не считать.

Орда? Орда по подсчётам диверсантов и разведчиков привела два тумена. Но это далеко не двадцать тысяч воинов в хороших доспехах. Таких, если разведке верить, и шести тысяч в сумме не наберётся. Зато есть примерно ещё шесть тысяч лёгкой конницы, вооружённой луками и саблями. Они-то и будут застрельщиками. Их-то напор и нужно выдержать, не применив артиллерии по возможности. Не раскрыв всех своих секретов.

Опять же, если Санька не преувеличивает, то они уменьшили число ордынцев на четыре — пять сотен и примерно на столько же коней. Десятую часть убрали? Возможно это и будет той соломинкой, что переломит хребет поганого верблюда?

Сейчас вся эта сила стоит перед закрывшим ворота Житомелем. И грозит князю, эти ворота открывать не желающему. И тут всё плохо у татар. Они не могут начать осаду Житомеля или штурм его организовывать. У них рядом с городом стоит целая армия по нонешним временам. Ордынцы не знают, что Андрей Юрьевич их атаковать не собирается. Они как раз по-другому думать должны, вот начнут они штурм, а по ним с тыла, как вмажут рыцари. Потому, заслон от вылазки горожан татары оставят, а все силы повернут к войскам стоящим на Руснятинском поле.

Что и начали уже делать.

Глава 21

Событие пятьдесят шестое

Омойканэ (яп. 思兼) — в синтоизме — ками, мужское божество японской мифологии. Омойканэ носит имя (яп. Ягокоро-Омойканэ-но микото) в Кодзики. Считается богом разума, мудрости и хитрости.

Смеркалось. «Хливкие шорьки пырялись по наве, и хрюкотали зелюки, как мюмзики в мове».

Ладно, не совсем смеркалось, но солнце точно зенит переползло. А зелюки с шорьками и не собирались бросаться в самоубийственную атаку. Они пырялись по Руснятинскому полю полностью свободному от мовы (ранняя весна на дворе) туда-сюда. Перестроениями занимались. Андрей Юрьевич, стоя на насыпном кургане рядом с Мечеславом и десятком вестовых из спецназовцев, подозревал, что мечутся по полю ордынцы неспроста. Это такой хитрый даже не тактический, а стратегический ход. Он сейчас по лопоушистой европейской традиции пошлёт рыцарей клином в атаку, а хитрые азиаты двумя ударами с флангов разорвут этот клин и уничтожат.

— Мечеслав, давай поиздеваемся над товарищами! — осенило вдруг профессора Виноградова.

— Над товарищами? — открыл рот воевода.

— Над супротивниками, над ордынцами, — уточнил мысль Андрей Юрьевич.

— Как же это? Княже? — Мечеслав на радостную улыбку князя Владимирского не ответил.