|
- А кто раз был коммунистом - знаете, тут, как в старой поговорке, конечно, без всяких намеков, сами понимаете: "Раз наблудила..." - и так далее. Конечно, если спокойно поразмыслить, то каждому понятно, что это не так. Но видите, что получается. Сейчас не время раздумывать, спокойно размышлять. Тут даже надеяться на это нечего, а не то что требовать этого от правительства или народа перед лицом того, что нас ждет гораздо раньше, чем мы предполагаем. - Да, да, - сказал я. - Так чего же вы от меня хотите? Что я, по-вашему, могу сделать? - Она... Я так понял, мне говорили, что вы - самый старый и до сих пор самый близкий ее друг... - Конечно, без всяких намеков, - сказал я. Но тут он уже не сказал "благодарю". Он вообще ничего не сказал, ни слова. Он просто сидел и смотрел на меня сквозь очки, серый, безликий, как хамелеон, жуткий, как след ноги на берегу необитаемого острова Робинзона, слишком безликий, слишком ничтожный в своей безликости и незаметности, чтобы нести на своих плечах ту страшную власть, какую он представлял. - Значит, вы хотите, чтобы я повлиял на нее... - ...как гражданин и патриот, который достаточно умен, чтобы понимать, что и мы тоже будем втянуты в эту войну в ближайшие пять лет: я кладу пять как самый крайний предел - в прошлый раз немцам понадобилось всего три года, чтобы совершенно потерять голову и втянуть нас в войну, причем теперь мы точно и не знаем, кто будет нашим врагом, но потом уже будет поздно... - ...и уговорил ее спокойно отдать вам партийный билет и чтобы вы с нее взяли клятву - не знаю, какие там у вас полномочия на этот счет, - сказал я. - Но разве вы сами только что не сказали: "Раз наблудила - опять наблудит" (без всяких намеков, конечно!). - Я с вами вполне согласен, - сказал он. - В данном случае никаких намеков и быть не может. - Так чего же вы хотите от меня... от нее? Он вынул небольшую книжечку, открыл ее, она была разграфлена не только по дням, но и по часам. - Она и ее муж были в Испании шесть месяцев и двадцать девять дней, воевали в республиканской, то есть коммунистической, армии, пока его не убили в бою, она сама осталась в госпитале после ранения и работала санитаркой, пока республиканцы не эвакуировали ее через границу во Францию. - ...о чем знают даже тут, в Джефферсоне. - Да, - сказал он. - Перед этим она семь лет жила в Нью-Йорке в гражданском браке... - ...и это, конечно, ставится ей в вину не только тут, в Джефферсоне, но и в Вашингтоне. - Но он даже не остановился. - ...со всем известным зарегистрированным членом коммунистической партии и близким соратником других известных членов коммунистической партии, о чем, быть может, у вас в Джефферсоне и неизвестно. - Так, - сказал я. |
