- Майор Селлерс, не будете ли вы так любезны, подъехать под белым флагом к Контеншн-Сити и попросить командира янки выехать навстречу для переговоров со мной? Полагаю, вы не успеете обернуться до наступления ночи, но это даже хорошо. Вообще-то, даже лучше, чем просто хорошо. Скажите ему, что я желаю предотвратить какое-либо бессмысленное кровопролитие с его стороны, а поэтому не нападу на него с намного превосходящими силами, находящимися в моем распоряжении.

- Есть, сэр! Я скажу ему. – Послушно отрапортовал майор Селлерс. Он оглянулся по сторонам, осматривая кавалерию, которая шла за Стюартом: совершая этот стремительный рейд на территорию Соединенных Штатов, пехоту они оставили далеко позади.

- Прошу прощения, сэр, если у него более двух рот в траншеях вокруг города, то все это не намного превосходящие силы.

- На данный момент так и есть, - Голос Стюарта был озорным и веселым. – Но к вечеру будет, когда к нам присоединятся остальные. Только постарайтесь привести сюда командира янки после того, как окончательно стемнеет. Десять часов вечера будет в самый раз.

- Есть, сэр! – Снова отрапортовал Селлерс, так же послушно, но озадаченно.

Он знал не хуже – а то и лучше – Стюарта, что никакие солдаты-конфедераты в течение ближайших нескольких дней не смогут присоединиться к ним. Скача вслед за разведчиком, он все еще почесывал голову.

Стюарт немедля криком приказал горнисту протрубить сигнал «остановиться». Кавалеристы натянули поводья своих коней. Выглядели они не менее озадаченно, чем майор Селлерс: они так усердно скакали к своей цели и не могли представить себе, зачем это их командиру понадобилось остановить их посреди этой богом забытой пустыни. Их замешательство еще более усилилось, когда Стюарт сказал:

- Здесь разобьем лагерь, ребята.

После этого он еще отдал несколько приказов, и к тому времени, когда он закончил, солдаты уже позабыли о растерянности и с энтузиазмом принялись за работу.

- Любой день, когда можно раньше отправиться на отдых, для меня хорош, - заметил один из кавалеристов.

Однако, по мере продвижения работы они обнаружили, что они совсем не рано отправятся на отдых. Но они продолжали работу, зажженные тем же энтузиазмом, что наполнил Стюарта, как только ему пришла в голову эта идея.

Оно отослал разведчиков далеко вперед, чтобы те могли перехватить майора Селлерса и командира войсками США в Контешн-Сити (если тот решит поехать; если же -нет, вся нынешняя работа пойдет псу под хвост) задолго до того, как они достигнут лагеря. Вместо того, чтобы расположить свою палатку, как обычно, в центре лагеря, он установил ее на его северной окраине и позаботился о том, чтобы разведчики знали об этом.

Когда зашло солнце, солдаты разожгли костры. Полынь и кустарник, основное топливо для бивуачных костров далее на севере, здесь не были настолько распространены, но солдаты дочиста вымели все пустынные окрестности на предмет горючих материалов, какие они только могли найти, а также вырубили значительное количество окрестных тополей и мескитовых деревьев, росших вдоль реки Сан-Педро. В эту пору года Сан-Педро превратилась в такой же узенький и вялый ручеек, как и Рио-Гранде, но ее влаги хватало, чтобы поддержать жизнь в деревьях.

Огонь костров играл бликами на орудийных стволах, отсвечивал бледным от ткани палаток, вырывал из темноты туловища привязанных лошадей и верблюдов, причем последние были привязаны вблизи от убежища Стюарта. Солдаты с оловянными тарелками в руках наконец-то смогли выстроиться в очереди к котлам, подвешенным над кухонными кострами, чтобы получить свою порцию вареных бобов, соленой свинины и сухарей, после чего с блаженным видом возвращались к своим палаткам. То, что лагерь стали разбивать еще в разгар дня, дало время поварам для того, чтобы надлежащим образом отварить бобы, вместо того, чтобы подавать их твердыми, как пули, как это часто случалось.