Она имела в виду тело Нитро. И была права. Мы не могли оставить его в центре комнаты и делать вид, что его тут нет, перестать обращать внимание.

— Господи, помоги, — вздохнул я. — Куда же мы его перенесем?

— На крыльцо.

Распахнув дверь хижины, я вернулся к трупу и согнулся над ногами. Хесус взялся за руки. На счет «три» мы оторвали Нитро от пола и вынесли его тяжелое тело наружу, топчась в собравшемся вокруг целом озерце крови. Опустили на доски в нескольких футах левее двери. Я сложил руки Нитро на его обнаженной груди, пытаясь вернуть погибшему достоинство, но не смог заставить себя прикрыть ему глаза. Мне вспомнилось, как днем — вчерашним днем, если на то пошло, — я пытался провернуть этот трюк с куклой, похожей на Пеппера, и как ее ресницы распахнулись снова. Если такое произойдет с Нитро… Не знаю, я уже насмотрелся всякой мрачной фигни на этом острове и вполне мог обойтись без лишних неприятных впечатлений.

По возвращении я плотно закрыл дверь хижины и припер ее столом, который протащил по полу. Такая примитивная баррикада не выдержит упорной осады. Цель состояла не в этом. Я лишь хотел, чтобы Солано уже не мог вновь незаметно к кому-то подкрасться.

— Это ее не остановит, — сухо обронила Пита.

— Только не начинай опять… — предостерег я.

— Не начинай? Опять?

— И слышать не желаю про каких-то там призраков.

— Как можно быть таким слепым?

— На этом острове нет привидений.

— Мы же связались с ее духом…

— Показалось. Это был обычный розыгрыш.

— Но я же чувствовала, как она…

— Долбаных привидений не бывает!

— Зед… — тихо сказала Елизавета.

— Солано подкрался к Нитро. Застал его врасплох, и все.

— Солано? — округлила глаза Пита. — Он же умер.

— Солано? — хмурясь, вторил ей Хесус.

Я сызнова пересказал свою теорию. Хесус, похоже, призадумался, но Пита, разумеется, подняла ее на смех.

— Я ее почувствовала, Зед! — повторила Пита. — Она здесь, с нами, она рассержена и…

— Ничего страшного, — перебила ее Елизавета. — Мы в безопасности.

— В безопасности? — содрогнулась Пита. — Безопасности? Погляди, что произошло с Нитро!

Я потянул Хесуса за рукав:

— Сможешь ее угомонить?

Он отошел к сестре, бормоча что-то оптимистичное. Та, вспылив, послала его куда подальше. Спор набирал обороты, пока Пита не воздела руки в знак поражения и не удалилась в спальню Пеппера, хлопнув дверью.

Из-за двери до меня донеслись звуки ее плача.

2

Не могу сказать, сколько минуло времени: я уснул и внезапно меня что-то разбудило.

Было тихо — даже слишком тихо, — и я сообразил, что шторм миновал.

Ни ветра, ни дождя.

Тишина.

В хижине было темно, хотя несколько свечей еще не погасли. Я остался в одиночестве. Елизавета и Хесус, должно быть, разошлись по спальням.

Мне стоило бы, наверное, подняться, высунуть голову наружу и убедиться, что гроза действительно отбушевала свое, но шевелиться что-то не хотелось.

Стол уже не подпирал входную дверь.

Куда он девался?

Кто его передвинул?

Хесус?

Вероятно. Скорее всего, он вышел наружу — в точности так же, как об этом только что подумывал и я.

Слишком тихо.

Я один? Совсем один? Неужто Хесус, Пита и Елизавета бросили меня здесь? Может, они ушли на причал, чтобы дожидаться там лодочника?

Ощущение было именно таким: хижина не просто была пуста, ее оставили.