— Мне он никогда не нравился, — прокомментировала Елизавета, будто прочтя мои мысли.

— Нитро?

— Он вечно подтрунивал над тобой, задирался. Даже противно.

— Он был придурком, — согласился я. Потом тихо рассмеялся. — Но в нем все-таки было нечто забавное.

— Забавное?

— Не будь мы с ним такими непримиримыми соперниками, я бы, наверное, даже мог с ним подружиться.

— Ты несешь околесицу, Зед.

Я снова затянулся сигаретой.

— Знаешь, что он заявил Пепперу, пока мы искали каноэ Розы? Он посоветовал ему смотреть сводки погоды на другом канале: у тамошней ведущей передок якобы пожарче…

— Да, в его духе шуточки. Он вечно рассказывал Хесусу похабные анекдоты, если только не…

Елизавета вдруг умолкла, и это показалось мне странным.

— Если только не… что?

Елизавета повела плечом, приглядываясь к огоньку своей сигареты.

— Если только поблизости не случалось Питы.

— Питы?

— Да. Только что уж теперь…

Я сдвинул брови. Елизавете известно нечто такое, чего не знаю я?

Избегая поднимать на меня глаза, девушка подобрала с пола бутылку водки и сделала новый глоток.

Я не выдержал:

— Выкладывай, Элиза. В чем дело?

— Ни в чем, Зед… — Но она все еще не смотрела мне в глаза.

— Разве Нитро и Пита… — Я не мог сообразить, как бы ловчее задать этот вопрос. — Разве между ними что-то было?

— Я не знаю, Зед. Ничего не знаю.

Наглая, неумелая ложь. Это ясно как день… и означает… что же? Что такого могло быть ей известно? Нитро и Пита флиртовали? Просто дурачились? Или трахались без перерыва, стоило мне отвернуться?

Крошка, которую я сейчас приходую, просто вагинамит.

Мое сердце пропустило удар, у меня слегка закружилась голова, словно я случайно наступил на выпавшего из гнезда птенца. Меня охватила злоба — гнев, — хотя он быстро выжег себя дотла. Будь Нитро сейчас жив, я выбил бы ему все зубы… Но увы. Он испустил дух, и чем бы ни занимался при жизни, на мертвеца не стоило обижаться.

Впрочем, Пита… совсем другая история. Я почти решился пойти, разбудить ее, закатить семейную сцену… Ну и чего я добьюсь? Она и так едва держится. Подобная стычка окончательно ее добьет.

«У нас все хорошо?» — спросила она меня, когда мы оба сидели на крылечке.

Ага, не считая той мелочи, что вы с Нитро трахаетесь, как кролики, у меня за спиной.

— Зед? — голос Елизаветы. Она озабоченно вглядывалась в мое лицо.

И она ведь знала! Скорее всего, Хесус тоже в курсе. Сколько еще народу шепталось по углам?

— Прости, — добавила она.

— Уже без разницы, — ответил я. Елизавета не обязана была рассказывать мне об изменах Питы. Она встречалась с Хесусом. И должна была хранить верность своему парню и его семье, а вовсе не мне…

Елизавета рывком подалась вперед, встала на колени. Потушила окурок о доски пола, забрала сигарету из моих пальцев, потушила и ее. Потом положила обе ладони на мою грудь. Мне почудилось, что она вот-вот обнимет меня, стараясь утешить. Но нет. Вместо этого она толкнула меня назад. Я воспротивился, не понимая, что происходит.

— Приляг, — шепнула она, продолжая толкать.

И я оказался на полу. Бейсболка слетела с головы, откатилась в сторону.

— Элиза… — сказал я.

Она потянула вверх свой розовый топик, обнажая сперва живот, а потом и лиловый лиф; стащила его совсем, воздев над головой.