Елизавета откатилась в сторону; корни волос словно горят огнем. Пита осталась лежать на боку, с трудом пытаясь отдышаться. По нижней ее губе стекал ручеек крови.

— Хесус! — выкрикнула Елизавета, опершись на руки и вернув себе вертикальное положение.

Каким-то чудом Хесусу удалось одержать верх, и теперь он нависал над противником, сжимая его горло обеими руками. Он же сейчас задушит Зеда!

Хесус то ли не слышал окрика, то ли был преисполнен решимости довести дело до конца.

На полу, в метре от Елизаветы, лежал пистолет. Она подтянула оружие к себе, удивляясь его холодной, мертвенной тяжести. Направила дуло в потолок и нажала на крючок спуска.

Грянул выстрел.

Лишь тогда душитель повернул голову, чтобы воззриться на подругу. Лицо настолько перекошено от ненависти, что Елизавета едва смогла признать в нем Хесуса.

— Слезай с него! — велела она.

— Брось пистолет!

— Слезай с него!

— Опусти…

Взбрыкнув, Зед сбросил с себя Хесуса и с хрипом откатился в сторону.

Казалось, Хесус не готов был мириться с таким исходом борьбы; тем временем его сестра — подобравшись как огромная паучиха на четвереньках — готовилась к прыжку на Елизавету.

И та выстрелила снова.

— А ну, стоп! — крикнула она. — Замерли все!

2

Не предпринимая попыток подняться, Зед по-крабьи, бочком отбежал в сторонку. По щеке размазана кровь. Еще больше крови пропитало майку слева под ребрами.

Неужели одна из выпущенных ею пуль срикошетила от потолка и попала в него?

Елизавета поспешила к Зеду, описав широкую дугу, чтобы не подставиться под внезапное нападение Питы.

— Дай сюда, — прохрипел тот, протягивая руку к пистолету.

Она лишь миг колебалась, прежде чем вложила оружие в подставленную ладонь.

Зед немедленно направил пистолет на Хесуса, который шарил по полу, пытаясь что-то подобрать.

«Это нож! — осенило ее. С лезвием, мокрым от крови. — Он что, пырнул Зеда ножом?»

— Не тронь его, — предостерег Зед.

— Положи пистолет, — парировал Хесус. Пряди еще недавно зачесанных назад волос качаются перед лицом. Подол сорочки наполовину выбился из-под ремня брюк. В какой-то момент Хесус потерял и лофер: одна нога босая.

— Не дождешься, Хесус.

— И что ты станешь делать, Зед? Выстрелишь в меня?

— Даже не знаю, что мне мешает.

— Черт, Хесус… — сказала Елизавета. — Ты ударил его ножом! Совсем спятил?

— Хесус?.. — вторила ей сбитая с толку Пита. Она поднялась и выпрямилась. Полотняная рубаха лишилась половины пуговиц, открыв взглядам груди в кружевном бюстгальтере на размер меньше необходимого. В результате он работал как корсет, увеличивая ложбинку бюста.

— Он кинулся на меня! — возразил Хесус. — Он словно сошел с ума…

— Где ты раздобыл этот нож, Хесус? — тихо спросил Зед. Гримасничая от боли, он уселся на колени и зажал ладонью окровавленный бок.

Елизавета помогла ему встать и выпрямиться.

— Ты в порядке? — с беспокойством спросила она.

Не ответив, он продолжал давить на Хесуса:

— Ну? Так где?

Тот развел руками.

— На кухне. Когда вы с Питой дежурили снаружи.

— Где именно на кухне?

— На столе.

— Зед, отведи пистолет в сторону, — попросила Пита. — Ты меня пугаешь.

Зед и на нее не обратил внимания.