— Да, можно мне чаю?

Она наполнила его чашку.

— А нет ли у тебя меда? — спросил он.

— У меня только сахар. Положить?

— Да, пожалуйста.

Она подняла со стола воображаемый кусочек рафинада и уронила в чашку медведя.

— Ая хочу кексов! — требовательно объявила Анжела.

Мария, вздохнув и качая головой, отошла к плите. Покрутила какие-то рукоятки и обернулась к гостье.

— Ну все, они уже пекутся.

Вернувшись к столу, Мария уселась на свое место напротив Анжелы, налила себе в чашку чая и поднесла ее к губам.

— Ох, какой горячий! Будьте осторожны, ведь…

Эту фразу она так и не закончила.

2

Мама Марии опустилась на колени рядом с дочерью, на лице тревога. Мария моргнула — медленно и сонно, словно сытая, довольная кошка. Когда здесь успела появиться мама? Она что, тоже пришла выпить чаю? Кажется, мама что-то говорит ей…

— Ответь мне, Мария.

— У меня тут чаепитие, мам, — сказала она.

— Я вижу, золотце. Но совсем недавно о чем ты думала?

Мария нахмурила бровки.

— О том, что чай очень горячий.

— И это все?

Она кивнула.

— А что?

— Ты не ответила мне, когда я вошла. Просто глядела в пространство.

— Я думала, что чай очень горячий.

— Ивее?

— Ивее.

Мама обняла ее, облегченно вздохнув.

— Ты пришла выпить чаю? — спросила прижатая к ее плечу Мария.

Мама разомкнула объятия.

— Нет, милая. Пора перекусить. Я испекла для тебя тортильи.

— Обожаю тортильи!

— Тогда побежали, покушаем.

— А как же мое чаепитие?

— Потом закончите. Твои куклы не станут возражать, правда?

— Анжела может. Она не любит никого ждать.

— Тогда ей стоит научиться быть маленькой леди. Порой нам приходится проявлять терпение.

— Анжела, — пригрозила Мария кукле, — прояви терпение.

Анжела, не моргая, смотрела на девочку.

— Ведите себя хорошо, пока меня нет, — добавила та. А потом вслед за матерью направилась из игровой комнаты на кухню, чтобы перекусить.

Зед

1

Сначала я увидел Пеппера, за ним — Елизавету. Они стояли под одним из деревьев, цепочкой выстроившихся вдоль набережной.

— Зед! — обрадовался Пеппер, широко раскидывая руки. — Bienvenidos Xochimilco

Он радостно мне улыбался, и я не сдержал ответной улыбки. Пеппер был одним из самых жизнерадостных людей, кого я знал. У него было лицо херувима и горящие глаза — как раз под стать такой беззаботной, бесшабашной персоне, как он. К тому же одевался Пеппер с безупречным вкусом и стилем. Веление момента облекло его сегодня в расстегнутую у горла бананово-желтую сорочку-оксфорд с округлым подолом, наброшенный на плечи лиловый пиджак, дополненный выглядывающим из кармашка платком в горошек, того же лилового оттенка отглаженные брюки с отворотами и широким белым поясом, а также легкие белые туфли на босу ногу.

Мы обнялись и похлопали друг друга по спине.

Пепперу доставляло удовольствие, если люди хвалили его костюмы, а потому, отступив на шаг, я уважительно произнес:

— Мне нравится этот небрежно накинутый пиджак. Вылитый Ральф Лорен.

— Зед, — ответил Пеппер, явно польщенный комплиментом, — разве ты не слыхал, что самый элегантный способ носить пальто — не надевать его вовсе?

— Привет, Элиза, — поздоровался я, чмокая ее в щеку.