— Уверен, вы украсите мое мероприятие одним своим присутствием, — сладко улыбнулся ей банкир.

— Уже заварился, — сообщила его жена, приподняв крышечку чайника и заглянув внутрь. — Надеюсь, все любят с бергамотом? — Она разлила напиток по чашкам и спросила: — А что должна буду делать я?

— Твоя задача — встречать гостей. Это несложно, дорогая, с этим ты справляешься вполне сносно.

Сэр Уильям, чье участие в проведении аукциона (к его удовольствию) не предполагалось, рассеянно прошелся взглядом по каминной полке и удивленно спросил:

— А где же та статуэтка, которая так нам понравилась в прошлый раз? Та девушка в розовом платье?

Лорейн расстроенно поджала губы:

— Увы, наша новая горничная ее разбила!

Пожилой джентльмен сокрушенно покачал головой.

— Неуклюжая деревенская недотепа! — сердито сказал Саттерфилд. — Разумеется, я тут же ее уволил. Причем с такими рекомендациями, что теперь ее возьмут разве что на спичечную фабрику.

— Сейчас так трудно найти умелую прислугу! — посетовала красавица. — Угощайтесь засахаренными фруктами, мисс Кроуфорд, не скромничайте. Я же вижу, что они вам понравились. Это мне прислали на пробу из «Твайнингза».

— Ну, а я буду вести торги, — сказал банкир, возвращаясь к теме «совещания», — а также позабочусь о разных мелких организационных моментах, которые не стоят вашего внимания. Давайте лучше насладимся чаепитием, а затем, моя дорогая мисс Кроуфорд, посмотрим ваши эскизы.

— Я взял его, сэр! Взял! С поличным! При попытке сбыть краденое! Ему не отвертеться!

Такими возгласами, полными ликования, встретил инспектора Найта его помощник.

— Отлично, Лейтон! Рассказывайте…

Через некоторое время дежурный констебль привел Брайана Шермана. Художник вошел в кабинет инспектора с крайне недовольным видом, уселся на стул, откинувшись на спинку и забросив ногу на ногу, и заносчиво потребовал:

— Кто-нибудь здесь объяснит мне связно, за что я арестован?!

— Вы не арестованы, мистер Шерман, а задержаны для выяснения некоторых обстоятельств, — спокойно поправил его инспектор.

— Для меня это одно и то же! По какому праву?!

Найт взглянул на Лейтона — тот выложил на стол перстень с изумрудом и объявил:

— Вы пытались заложить в ломбарде украденную вещь.

— Чтоооо?! — взвился Шерман. — Какая чушь! Это моя фамильная драгоценность!

Инспектор молча вытащил из стола испанский манускрипт. Краем глаза он заметил, как художник напрягся и нервно облизал губы. Найт неторопливо нашел нужный лист:

— Этот перстень — собственность Рамоны Дэвис, женщины, которая недавно была жестоко убита и с которой вы, по вашим словам, были едва знакомы.

Художник мельком взглянул и заявил дрогнувшим голосом:

— Этого не может быть, вы ошибаетесь.

— Сравните сами: все в точности совпадает, вплоть до монограммы на оправе.

Шерман впился глазами в рисунок.

— Может быть, вы все-таки скажете правду: в каких отношениях вы были с миссис Дэвис? — предложил инспектор.

— Миссис Дэвис… интересовалась живописью, — с трудом выдавил художник. — Мы иногда… беседовали с ней об искусстве.

— Думаю, вы знали ее гораздо лучше, чем говорите, мистер Шерман, — проговорил Найт с неприятной для того холодной уверенностью.

— Она… была… моей покровительницей…

Не выдержав немигающего взгляда инспектора, он признался:

— Да, у нас был роман!

— Как давно продолжалась ваша связь?

— Почти два года.