— Нет, я соврала. И уверена, что вы знаете об этом.

Не надо меня проверять, мистер Карелла. Терпеть не могу нечестных людей.

— Каким образом вы приобрели этот дом?

— Разве Хэл вам не рассказал? Я приехала сюда с двумя миллионами долларов. За этот дом заплатила семьсот пятьдесят тысяч. Остальное вложила в ценные бумаги. Поэтому мне и понадобился бухгалтер.

— Марк Аронштейн.

— Да. Из компании «Харви Рот».

— Это в нашем городе?

— Да, на улице Бэттери. Около Олд Сиуолл.

— Вы когда-нибудь обсуждали с мистером Холландером финансовые проблемы?

— Никогда.

— Вас когда-нибудь проверяла налоговая служба?

— Однажды.

— Были проблемы?

— Самые обычные.

— Например?

— Удержания на П/Р.

— Что это?

— Путешествия и развлечения.

— А, — кивнул он. У полицейских не делали удержания за путешествия и развлечения. — Вы когда-нибудь говорили об этой проверке с мистером Холландером?

— Я же сказала вам, мы никогда не обсуждали с ним финансовых вопросов.

— Хотя вы знали, что он — бухгалтер?

— Нам было о чем поговорить.

— Он знал, что вы раньше занимались проституцией?

— Нет.

— А кто-нибудь из других ваших друзей?

— Нет.

— МакКеннон?

— Нет.

— Райли? Эндикотт?

— Никто из них.

— В ночь, когда был убит МакКеннон...

— Я каталась на лыжах в другом месте.

— С Нелсоном Райли.

— Да.

— А в ночь, когда был убит Холландер...

— Я была с Чипом Эндикоттом.

— И оба — ваши близкие друзья.

— Были, — уточнила она.

— Что вы имеете в виду?

— Хэл хочет, чтобы я перестала с ними встречаться.

«О, это серьезно», — подумал он.

— И вы его послушаетесь?

— Да, послушаюсь. — Она помолчала и затем добавила: — Понимаете, я его люблю.

В будние дни лифт обслуживал негр, нанимаемый шляпной мастерской, расположенной на шестом этаже этого здания. Но по субботам и воскресеньям мастерская не работала, и лифт был на самообслуживании. А это означало, что приходилось самостоятельно управлять допотопным барабанным механизмом, приводящим подъемник в движение.

У Мэрилин всегда бывали проблемы с этим лифтом, ей никогда не удавалось остановить его на нужной отметке. Вот и сейчас она поворачивала рычаг то вверх, то вниз, пока, наконец, кабина не замерла точно на уровне этажа. На дверцах лифта четвертого этажа красовалась нарисованная когда-то Райли обнаженная толстуха; когда двери открывались, она разъезжалась пополам — от ямочки между грудей до пупка и далее. Мэрилин с трудом раздвинула украшенную голой красоткой дверь, потом закрыла ее за собой, как это необходимо было сделать, когда лифт находился на самообслуживании, и пошла по коридору к мансарде Райли.

Дверь в его мастерскую была открыта.

Внутри она увидела двух полицейских в форме. Один что-то писал в своем блокноте, другой внимательно слушал, уперев руки в боки. Райли убежденно доказывал им, что кто-то ночью был в его мастерской.

— Как только сняли полицейскую охрану, тут же кто-то проник сюда.

— Что такое «полицейская охрана»? — спросил полицейский с блокнотом.