Я в ответ рассмеялся:

— Если они идиоты, то да, отвернут обязательно.

— А они точно не идиоты? — изобразил сомнение капитан галеата.

— Были бы идиотами, их бы здесь не было, — пожал я плечами.

— Согласен, — не стал спорить Праштий…

Чужие «птички» уже пролетали поблизости, поэтому спорить было действительно не о чем.

Противник был в курсе, что в нашей флотилии меньше полсотни судов, что, вероятней всего, мы просто отстали от главных сил и нифига не знаем, что творится поблизости. А, значит, потопить наши корабли, пока мы не соединились с другими, становилось для командиров имперцев задачей первостепенной. Ведь бить врага по частям — о выгоде этой тактики знали, наверное, даже неандертальцы…

По наши души, как вскорости выяснилось, флотоводцы из Синей гавани отдельный отряд выделять не стали — попёрли на нас всем кагалом.

Решение, в общем-то, верное. Навалиться разом на мелкую группу, быстренько её оприходовать и двинуться дальше. В соотношении шесть или семь к одному это казалось вполне очевидным. И если принять в расчёт сопутствующие обстоятельства, спастись мы могли только бегством.

Разочаровывать врага мы не стали.

Сначала над дракалерами один за другим начали вспыхивать защитные купола, а затем они медленно, пытаясь сохранить строй, принялись отворачивать влево. Манёвр для стороннего наблюдателя довольно понятный. Имеющиеся в ордере «караталлы» с десантом, относительно тихоходные, опасные в абордаже, но не способные к долгому бою на дальних дистанциях, требовали дополнительного прикрытия из более юрких корабликов. Любой, кто встречал «караталлы» вблизи побережья в количестве больше одной, да ещё и с эскортом, сразу же понимал: где-то поблизости готовится десантная операция.

Уничтожить десант до начала высадки — такую возможность наши противники упустить никак не могли. Ещё один стимул для них, чтобы поторопиться и отложить на какое-то время разборки с главным пиратским флотом.

— Ускорили ход, — доложил Праштий, получив данные от «оператора БПЛА».

Я молча кивнул.

Имперские корабли уже можно было рассмотреть без всякой «летухи». Они надвигались на нас с наполненными парусами, в боевом порядке «воронка», стремясь охватить по флангам и не дать отступить.

Что любопытно, призрачную защиту враг выставил только над половиной судов (таких же, как у меня, галеатов). То ли решил, что на нас и этого хватит, то ли, что ближе к истине, просто хотел сэкономить, то ли и в самом деле испытывал недостаток энергии…

Так или иначе, нам это было лишь на руку…

— Ветер убрать! Вёсла на воду!

Лишившиеся воздуха паруса захлюпали обвисшими складками. Вставленные в уключины вёсла вспенили воду по обоим бортам, удерживая корабль от неуправляемой циркуляции.

— Отдать якоря́!

Два носовых якоря, а следом, с десятисекундной задержкой, и два кормовых полетели в волны с кат-балок. Нашу «Гордость» сначала тряхнуло, потом слегка накренило, но секунд через двадцать, развернувшись к противнику правым бортом, она всё же встала на якорные упоры, благо, что глубина в этом месте проделать подобный трюк вполне позволяла.

— Орудия к бою!

По баку и шканцам загрохотали ботинки «артиллеристов», заскрипели вороты требушетов, застучали, вбивая в стопоры клинья, деревянные молотки, застонали натягиваемые до упора верёвки-пружины…

— Дистанция?

— Тысячу двести аршей! — донеслось с рунного дальномера.

— Наводка плюс двести по дальности! Ба́ковый — влево сто двадцать! Кормовой — вправо сто пятьдесят!.. Готовность⁈

— Носовые готовы!.