Над акваторией кружили теперь целых три наших БПЛА.

Если бы не они, мы били бы по противнику наугад, тупо по площадям, как какие-нибудь РСЗО полувековой давности.

После пятого заброшенного в тыл имперцам контейнера вся их противопожарная магия кончилась, а вместе с ней кончились и прущие исключительно вверх дымы от пожаров. В том смысле, что гарь от горящих судов начала постепенно спускаться к воде и мало-помалу заволокла почти всё «поле боя».

Видимость упала катастрофически, пробить задымление нам даже руны не помогали. И только летающие големы кое-как выправлялисложившуюся ситуацию.

Хотя, если честно, противнику приходилось сложнее. Гораздо сложнее.

После наших удачных атак сначала «кассетами», потом огнемётами, а затем снова «кассетами», его боевые порядки разрушились напрочь. В чёрном густом дыму имперские корабли маневрировали наугад, сталкивались друг с другом, таранили соседние галеаты, попадали под «дружественный огонь», загорались от распространяющегося вместе с ветром пожара… Самые умные пытались прорваться наружу из своего же ордера-строя, превратившегося внезапно в ловушку…

Тем, кому удавалось пробиться на южную сторону, мы не мешали. С юга, по данным воздушной разведки, к нам уже направлялись главные силы драаранских баталий. Покончив с «охотниками» имперцев, они вовсю торопились принять участие в избиении объединённого флота противника.

Тех же, кто прорывался на север, в сторону Синей гавани, встречали рассредоточившиеся вдоль кромки дымов дракалеры с «сифонами». От выплёскиваемого из насосов «греческого огня» вражеские галеаты начинали пылать по всей палубе, от бака до юта. Зрелище страшное. Вопли сгораемых заживо моряков приводили в дрожь даже бывалых пиратов.

Кое-кто из противников выкидывал белый флаг, и к таким с двух бортов подходили обычные дракалеры. Экипаж сразу же загонялся в трюм, а призовые команды быстренько уводили трофей на северо-запад, к барражирующим в отдалении «караталлам» с десантом.

К тому моменту, когда к месту сражения подоспели другие баталии Драарана, подобных трофеев набралось почти два десятка: семь галеатов, пять ба́ртов, четыре тара́ты и два трёхмачтовых шкута мольфарской постройки.

Всех их я тут же включил в состав баталии Краум и делиться ими с «Советом пяти» по окончании операции не собирался. Ведь, как говорил в своё время один величайший отечественный полководец, «что с бою взято, то свято».

Полностью флот Драарана вступил в генеральную битву спустя пять часов после её начала. Как я и гарантировал «Совету пяти», победу в сражении баталия Краум им обеспечила. Для завершения операции нам оставалось лишь зафиксировать грядущий успех в порту Синей гавани, а следом и Марки.

Передав «поле боя» другим баталиям — с остатками имперского флота они и без нас разберутся — мы снова собрались в походный ордер (включая трофейные корабли) и двинулись курсом на север.

Препятствий, чтобы к походу присоединились десятка два дракалер из малых баталий, я решил не чинить. Лишняя помощь в захвате крупного порта ещё никому не мешала. Тем более что батальеры из этих команд на какую-то важную долю в последующем дележе не претендовали — надеялись взять только ту, на какую хватит силёнок и какую у них, сто процентов, не отберут, если они поучаствуют в штурме в первых рядах.

К Синей гавани наша флотилия подошла уже в сумерках.

О том, что вход в бухту защищают всего десять бартов и шесть галеатов, я уже знал от големщика. Пара «летух», отправленных на разведку, передавали картинку из порта в режиме реального времени.

Выделив для обороны города столь малые силы, вражеские флотоводцы явно пошли ва-банк, но как это чаще всего и случается с азартными игроками, проиграли всё до последней копейки, да ещё и должны остались.