— Угу, — согласно буркнул Марио, вгрызаясь зубами в крабовое мясо, аккуратно выложенное на поджаренные хлебцы.

 “Большинство людей очень довольны круизом, — размышляла Риган. — Сильви, например, улыбается”. Риган видела ее, направляющуюся после обеда в кинотеатр в сопровождении Виолет Кон и ее брата. Дейл и Кеннет явно добились более сильного загара: они всю вторую половину вчерашнего дня провели у бассейна под ярким солнцем, вовсе не типичным для Северной Атлантики. Веронике тоже очень понравились местные развлечения. Она побывала на занятиях по технике вязания шарфов. Потом с превеликим удовольствием поучаствовала в очередном раунде бинго, хотя на этот раз удача ей не сопутствовала. Зато она воспользовалась случаем, чтобы всех организаторов игры пригласить к себе на вечеринку, включая Ллойда, который был и в этот раз страшно занят пересчетом денег. Гэбби Гевин выглядел несколько озабоченным и даже немного раздраженным. С самого утра он особо никому на глаза не попадался, заметили его только лишь на игре в бинго. На этот раз он уселся вдалеке от Вероники и Риган, на другом конце зала. Не мог укрыться от внимания Риган и Камерон Хардвик.

 

Потягивая свое “шардоне”, Риган неожиданно спросила:

 — А вы чем сегодня занимались, Камерон? Он пожал плечами.

 — Я сходил в гимнастический зал, позанимался с гантелями, потом поплавал в бассейне. Не люблю, когда мне не хватает должных физических нагрузок. — Он разломил свою булочку движением крупных, выглядящих могучими рук.

 “Зачем ехать в круиз, если только и думаешь о том, чтобы обеспечить себе должные физические нагрузки?” — недоумевала Риган. Она посмотрела на Веронику. Та только что погасила очередную сигарету в пепельнице, которая у нее была на двоих с Марио. Тут только Риган неожиданно поняла, что так ни разу не видела, как Хардвик курит. Почему же тогда человек, который так следит за своим здоровьем, вдруг будет усаживаться за курящий столик в ресторане? “По-моему, — думала Риган, — в этом парне слишком много всего не сходится, не подчиняется логике”. Риган увидела часы “ролекс”, блеснувшие на запястье Хардвика, и задалась вопросом: действительно ли руки этого человека могли когда-то мыть, собирать тарелки со столиков какого-то ресторана в Греции? Ей трудно было даже представить себе, чтобы Хардвик принял, например, заказ у посетителя, да и вообще выслушал пожелание кого бы то ни было, не касающееся его самого.

 — Так, внимание! Прошу никого не забыть, что завтра в пять часов вечера у нас коктейль, — громко сказала Вероника. — Он продлится пару часов и позволит нам хорошо пообщаться перед ужином. Я собираюсь всех вас попросить записать мне свои адреса, на следующий день размножу получившийся список и раздам его вам. Таким образом, мы и после круиза сможет поддерживать друг с другом связь.

 Риган отметила, что только Марио и Иммакулата сочли идею Вероники блестящей. Она даже успела себе представить, что отныне каждое Рождество будет регулярно получать поздравительные открытки или фотографии с изображением Марио Третьего или Консепсьон, стоящих рядом с камином и размахивающих над головами набитыми подарками рождественскими чулками.

 

 

 

 Четверг, 25 июня, 1992 год

 

 — Риган, пора вставать! — пропела Вероника, приподнимая одеяло Риган и щекоча ей пятку.