— Я тебя что, держу? Иди, — усмехнулся я, чуть сдвинувшись в сторону. Парень, тут же толкнул девушку вперед и начал спускаться.

И даже дошел до середины лестницы, когда я ударил по столбу, обрушив её. И пленница, и захватчик рухнули вниз, я едва успел поймать заложницу, а парень, воспользовавшись мгновенной заминкой, вскочил и бросился наутек. Лишь пятки сверкали.

В текущем состоянии я его бы точно никак не догнал. А надо? Вроде бандиты все кончились. Главарь, в смысле рыцарь, вот он лежит. Прекрасную даму спас, даже двух. Правда, непонятно, где другие обитатели особняка. Пока оглядывался и пытался сообразить, что дальше делать, в особняк впорхнула первая женщина.

— Доченька, ты жива? Ты в порядке? — выкрикнула она, бросаясь к нам.

— Отпусти меня, каменный истукан! — вскрикнула девушка, вырываясь из моих объятий. А вывернувшись, чуть не выплюнула в лицо женщине. — Ты мне не мать!

С этими словами она вспорхнула по полуразрушенной лестнице, отрезая мне возможность пообщаться, но мне и так впечатлений хватило. Тем более что старшая из женщин не просто осталась рядом, а склонилась в поклоне.

— Спасибо. Я буду вечно благодарить бога за ваше вмешательство, — проговорила она. — Спасибо! Это настоящее чудо! Я боярыня Милослава Гаврасова, ваша большая поклонница и сподвижница, и я готова служить вам вечно!

— На здоровье, Милослава, — ответил я, пожав плечами. — Вечно не надо. Это действительно долго.

В голове роились тысячи мыслей. Где я? Почему было нападение бандитов? Что тут вообще происходит, и какой идёт год?

— Господин? — заглядывая мне в глаза снизу вверх спросила Милослава.

— Сначала нужно разобраться с телами и делами. Зачистим особняк, — подумав, решил я. — Что у вас тут с полицией и где все слуги?

Глава 2

Бандиты, кто выжил, сбежали вслед за миловидным предводителем. Догнать я их был не в состоянии — тело пока не контролировал до конца. Но одного моего вида, мерно прогуливающегося по двору, хватило, чтобы исключить вероятность повторной атаки.

— У нас в особняке слуг почти нет. Вчера Егор с Надькой поехали на ярмарку в Царицын, охранять зерно все мужики собрались, так что в деревне только бабы остались, — пояснила Милослава, с усилием помогая избавить рыцаря от доспехов. — Вот разбойники и напали, выгадав время.

Я бы мог сорвать броню голыми руками, но тогда от неё осталось мало толка. А с мелкой моторикой была совсем беда. Чтобы просто не превратиться обратно в статую, мне приходилось каждую секунду контролировать своё состояние: разминать мышцы, гонять кровь, дышать глубже. И всё равно большая часть тела оставалась окаменелой.

— Дурость… — пробормотал я, легко подхватив тело и одной рукой кинув его в телегу. — Если у вас зерно охранять надо, и оно самое ценное, не лучше ли было напасть на обоз? Или они собирались захватить вас в заложницы и требовать выкуп?

— Вы же слышали, меня они в живых оставлять не собирались, только дочку мою, — посмотрев на второй этаж особняка, проговорила Милослава. — Осталась бы она совсем сиротой, во второй раз уже. Кто бы за неё вступился?

— Второй раз? То есть это не твоя дочь?

— Моя, как не моя? — улыбнулась женщина и поправила выбившийся из причёски локон тонкими пальцами, на которых ещё оставалась засохшая кровь. — Матушка её скончалась ещё лет десять назад. Георгий, супруг мой, вот недавно богу душу отдал, и осталась я вдовой. Но падчерица мне всё равно как родная.

— А если бы ты умерла…

— Взял бы Софьюшку тот урод силой и сделал своей женой. А сам бы сделался боярином Гаврасовым, — криво усмехнулась Милослава.