Дальше мы ели молча. Кэли проглотила почти все, что было у нее на тарелке. Когда обед закончился и все понесли опустевшие тарелки на кухню, Паппи тронул меня за руку:

– Идем со мной.

Я оставил Кэли на попечение Тии, взял художника под локоть, и мы с ним углубились в его подземное пристанище. На полу валялись матрасы и чьи-то вещи, разбросанные или собранные в кучи. Похоже, здесь спали не только на полу, но и на старых диванах и кушетках.

– Извини за беспорядок, – сказал Паппи. – Но не скажу, чтобы меня это так уж сильно донимало. Вот одно из преимуществ слепца: ты перестаешь дергаться из-за пустяков.

До меня начало доходить: Паппи и Клэр устроили в подземелье нечто вроде сиротского приюта.

– И много у вас обитателей?

– Откуда мне знать? Спроси лучше у Клэр. Она готова приютить каждого.

В ноздри вдруг ударил сильный запах растворителя для масляных красок. Паппи привел меня в просторное помещение с высоким потолком. Когда-то оно служило не то складом, не то мастерской. Я отпустил его локоть и прошел на середину. Холсты, развешенные по стенам, были невероятно яркими и выразительными: я словно попал внутрь калейдоскопа. Меня окружали запечатленные при помощи красок выплески чистых, искренних ощущений и переживаний, настолько сильные, что они казались пульсирующими. Вспомнился рассказ Тии о Пикассо; зрители, глядя на его картины, видели изображенное там сразу под несколькими углами. На картинах Паппи тоже хватало углов, равно как и ярких цветовых пятен. Я всматривался и постепенно начинал замечать знакомые предметы и сцены. Но все они были словно тени, призрачные отражения далеких, неземных сфер, лежавших за пределами скучной реальности нашего мира.

Мои размышления были прерваны чьими-то шагами. Я не заметил, что мастерская Паппи имела две двери; из второй появилась моя мать. Она прошла к столу в дальнем конце помещения, достала из кармана куртки что-то округлое и положила на стол. Предмет оказался мешочком из мягкой ткани, скрепленным тесемкой.

– Что это? – спросил я.

– Моя часть обязательств по нашей сделке. Подойди и достань то, что внутри.

Я развязал тесемку, сунул руку внутрь и вытащил листок бумаги, пожелтевший от времени.

РУКОВОДСТВО ПО ПРИБЫТИЮ

Этот документ доводится до вашего сведения с целью помочь вам в предстоящие дни. Вскоре вы начнете замечать изменения в самих себе и окружающем мире. Они могут включать в себя:

• метеорологические аномалии, такие как внезапные бури;

• ощущение дезориентации и паники;

• нарушения сна;

• воспоминания, вызывающие сомнения в их реальности;

• состояния дежавю;

• странные совпадения;

• галлюцинации;

• ощущение сильного, но быстро проходящего озноба;

• изменения в ночном небе, такие как появление незнакомых небесных тел.

НЕ ПОДДАВАЙТЕСЬ ПАНИКЕ.

НЕ ОБРАЩАЙТЕСЬ ЗА ПОМОЩЬЮ К ВРАЧАМ.

ЖДИТЕ ДАЛЬНЕЙШИХ РАЗЪЯСНЕНИЙ, КОТОРЫЕ ВСКОРЕ ПОСТУПЯТ.

– Мы называем это Артефактом, – пояснила мать. – Говорят, таких листков были сотни или даже тысячи. Уцелел только этот. Мы переносим его из дома в дом, оберегая от «три-эс».

– Откуда он у вас взялся? – спросил я.

– Никто не знает. Известно лишь, что документ создан очень давно.

Передо мной был священный текст, так называемое святое писание, к которому Паппи обращался перед обедом. Мне этот листок отнюдь не казался священным.