Они вышли. Карлос, проследив через стекло иллюминатора, как все пятеро спускались по трапу, вздохнул.

– Не могу смотреть на эту картину. Не могу. Как итальянцу мне трудно наблюдать это зрелище: беззубый старый пес и неразумный щенок в окружении трех матерых волков. Точнее, трех саблезубых тигров, – Карлос повысил голос. – Джованни!

– Они действительно такие? – нерешительно спросила Зарина. – Вчера в Риме л слышала, как один человек назвал их именно так.

– Несомненно, это был мой старый приятель полковник Лунц.

– Вы знакомы с полковником? – в голосе девушки послышалось удивление. – Кажется, все вокруг все знают. Все, кроме меня.

– Разумеется, я знаю его, – Карлос обернулся, когда в дверном проеме появился тощий, как типичный язвенник, повар‑механик. – Джованни, приготовьте мне, пожалуйста, завтрак.

– Неужели ты в самом деле можешь есть эту дрянь? – изумленно сказал Джакомо.

– Если мысленно отключить вкусовые рецепторы и добавить каплю воображения – запросто можно представить себя сидящим в «Максиме». Вы думаете, Зарина, что ко мне подходят на причале в Термоли, тычут пальцем на восток и просят перевезти в Югославию? Вас бы не было на борту, не знай я полковника. Вы с подозрением относитесь к каждому?

– Только к майору Петерсену. Я не доверяю ему ни на йоту.

– Хорошие вещи говорите о земляке, – Карлос сел за стол и принялся намазывать хлеб маслом. – По‑моему, он честный, прямолинейный парень.

– По‑вашему. А подниматься в горы с этим человеком придется нам.

– Петер, кажется, знает здесь все вокруг. Вы прибудете к месту назначения в полном порядке.

– Разумеется. К месту назначения майора или к нашему?

Карлос с легким раздражением взглянул на девушку.

– У вас есть другие варианты?

– Нет.

– Тогда прекратите толочь воду в ступе.

– Карлос! Как ты можешь с ней так разговаривать? – голос Лоррейн был резок. – Она волнуется! Конечно же, Зарина волнуется! И я волнуюсь. Нам предстоит идти в горы с этим человеком, а ты остаешься тут, – Лоррейн либо действительно нервничала, либо обладала слишком вспыльчивым нравом. – Тебе хорошо сидеть в безопасности на борту «Коломбо» и разглагольствовать!

– Перестань, – перебил Джакомо, – Не думаю, что тут столь уж прекрасно. Не обращай внимания" Карлос. Уверен, Лоррейн так не думает, – он взглянул на девушку с насмешливой укоризной. – Карлос охотно бы распрощался с этой безопасностью, со своим броненосцем, и вместе с нами отправился в горы, но есть два препятствия: долг офицера и жестяная нога.

– Прости меня, – Лоррейн, похоже, и впрямь уже искренне раскаивалась в сказанном. В доказательство она положила руку на плечо капитана. Тот оторвался от сладостей, которые подал ему Джованни, и добродушно улыбнулся.

– Джакомо прав, – сказала Лоррейн. – Я совсем не хотела тебя обидеть. А сорвалась потому, что ощущаю свою беспомощность, как Зарина.

– Джакомо находится в одинаковом с тобой положении, однако он нисколечко не кажется беспомощным.

Лоррейн встряхнула Карлоса за плечо.

– Как ты не понимаешь? Мы не знаем, что будет... Мы ничего не знаем. А он знает все!

– Кто – он? Петер?

– О ком же еще я могу говорить? – для такой аристократично выглядящей леди она была слишком раздражительной. – То, что ты сейчас услышишь, быть может, заставит и тебя поволноваться! Ты знаешь, что майору известно, куда направляемся я и Джакомо.