— Да у этого Палицкого нет ни мощной магии, ни войска, ни-че-го. Ты сам подумай, как он мог нас победить?

Дядя махнул рукой и отвернулся к окну, показывая, что разговор окончен. Я не стал больше спорить и доказывать, и, чтобы успокоиться, выскочил на улицу и зашагал к дороге. Следом побежал Миха, но не останавливал, а молча пошел рядом.

Мы вышли за калитку и направились в сторону города. Окна в высотках блестели в лучах полуденного солнца, белые клубы дыма сахарной ватой повисли над трубами заводов. Невзрачные деревенские дома, типа нашего, виднелись среди деревьев. Я знал, где нахожусь — это Неделимые земли. Здесь самая скудная бесплодная земля, но бесплатная, поэтому обычно здесь жили бедные люди или брошенные старики. Теперь здесь живу я.

— Почему вас так расстроила новость, что придется переехать в город? Ведь в городе лучше, чем здесь? Или я что-то не понимаю, — спросил я Миху и кивнул на заросший забродивший пруд, в котором плавала рыба кверху брюхом.

— Ты что?! Это же наш дом! — он так искренне возмутился, что мне стало совестно. — А там нас поселят в бетонную коробку, в которой будет только одно окошко и низенька дверь. К тому же охрану так и не снимут.

— Какую еще охрану?

Миха кивнул куда-то вдаль. Я приложил руку ко лбу и увидел возвышающуюся над деревьями сетку.

— Что это такое?

— Люди называют «Стеной безумцев». Нам нельзя выходить за пределы стены.

— Какая же это стена? Это сеть для мух! Они думают, что Макса Богословского можно удержать в этом сачке? Не получится! — я взревел от ярости и негодования и бросился к сетке.

Миха что-то прокричал и побежал за мной, но я его не слушал. Никто и никогда не лишит меня свободы! Когда деревья расступились, я увидел, что сетка натянута между высокими металлическими столбами, а внизу у дороги двустворчатые ворота из металлических прутьев и такой же сетки. Несколько человека в темно-зеленой форме лениво слонялись по ту сторону от ворот.

— Эй! Немедленно откройте ворота! — издали прокричал я, махая руками.

Мужчины переглянулись, неспеша сняли автоматы с плеча и прицелились.

— Вы думаете, что сможете остановить великого мага из древнего рода Богословских? — яростно заорал я и на бегу начал вытягивать энергию из охранников, чтобы соткать нужное заклинание, но вдруг осознал, что ко мне не поступают их силы.

Быть этого не может! Я остановился в двух метрах от сетки, протянул руки к забеспокоившимся мужчинам и злобно процедил:

— Я заберу не только силы, но и ваши жизни!

Закрыл глаза, весь затрясся от напряжения, но источник оставался пуст. Я не смог вытянуть ни капли энергии.

— Не понял, — вытер рукавом пот со лба и посмотрел на Миху. — Со мной такого никогда не было. Похоже, я заболел.

Охранники опустили автоматы. Один из них ухмыльнулся и с издевкой сказал:

— Что, придурок, башкой ударился?

У меня словно сорвало чеку. Яростно заорав, я кинулся на ворота и… улетел назад и больно ударился затылком об землю. Невероятная сила откинула меня от тонкой сетки.

— Вот теперь точно ударился, — я с трудом сел и тут же возле меня опустился встревоженный Миха.

— Ты что делаешь? — зашептал он. — Как-будто сам не свой… У нас больше нет магии и отсюда не выбраться. Только под конвоем.

— Миха, это не наша жизнь, понимаешь? — я тер ноющий затылок. — Много лет мы живет в императорском дворце. Наш дядя — Великий император Александр, а я его наследник. Я не знаю, что произошло, но обязательно выясню и верну всё, как было!

Брат лишь с сочувствием посмотрел на меня и помог подняться на ноги.