Обычное, впрочем, дело для тех, кого регулярно подставляло начальство.

Клейн и сам неоднократно попадал в такие ситуации, причем, раньше – чаще. Так что теперь даже испытывал некое нездоровое удовольствие от того, что напрягал своих подчиненных похожим образом.

«Выпишу им полугодовую премию», – решил он, помня, что накопил за ними изрядный премиальный запас.

«Нет, хватит и месячной», – подумал майор, немного остыв.

Спустя пару минут пришло сообщение, что «Двадцать Второй» прошел контрольную точку, то есть, Отто Бенц – проскочил опасную зону быстрее своего начальника и это заставило Клейна выругаться:

– Вот сукин сын, а говорил, что не знает других маршрутов! Стало быть знал, сукин сын, стало быть знал!

Едва седан майора выскочил из руин на шоссе, он вдавил педаль газа в пол – не хотелось отставать от подчиненного.

«Медео-Палас», улица Ковальского, поворот к набережной и – раз! Он тоже проскочил критическая границу и почти тотчас пришло сообщение от «Двадцать Четвертого» – Шрайбер также вышел из зоны возможного блокирования.

Не отъехал майор и полкилометра, как увидел позади мигающие огни полицейских машин, вылетавших с боковых улиц.

Они тотально перекрывали весь квадрат бывшего промышленного района.

Клейн улыбнулся и сбавил скорость. Именно за это он любил свою службу. Да что там любил? Просто обожал. Вот за эти минуты, когда начинало отпускать многочасовое напряжение и он осознавал, что все получилось.

Но, разумеется, лишь на этом этапе.

Теперь, когда его разозленные подчиненные, убирались, наконец, по своим квартирам с женами и горячим водоснабжением, он направлялся к очередному законспирированному пункту, чтобы запустить следующий этап своей грандиозной операции.

Привычно проверившись на большом круге возле площади на предмет «хвоста», Клейн съехал на второстепенную магистраль, которую называли Пожарной и скоро спустился в подземную стоянку, где сменил машину и выехал с другой стороны, направляясь уже на конечный адрес.

Это был старый заброшенный дом, для которого нашелся инвестор и теперь там, одну за другой, сносили стены и проворные рабочие, с ручными отбойными молотками и с помощью штукатурных роботов, формировали просторные апартаменты для богатой клиентуры.

Одну из готовых квартир Клейн снял для собственных нужд.

– Ну, что скажешь? – спросил он неожиданно появляясь с «черного хода».

Ожидавший его человек подскочил на продавленном кресле и схватился было за пистолет, но узнав майора, покачал головой.

– Сэр, ну вы со своими шуточками… Я чуть не обгадился!

– Это не шуточки, лейтенант Барак Шрайн, я должен проверять тебя при каждом подходящем случае, ведь от этого зависит успех операции, ну и твое здоровье, разумеется, тоже.

– Я понял, сэр, – ответил лейтенант, оставаясь стоять.

– Так что скажешь?

– О чем, сэр?

– Ну, планировка, отделка и все такое? Как тебе эта квартира?

– Ой, извините, я просто не понял.

Шрайн осмотрелся.

– Вы собираетесь покупать?

– Пока еще думаю. Ну ладно, давай уже о деле.

– Давайте, сэр, – с готовность согласился Барак.

– Садись, пока. Где-то здесь имеется кофейный блок-джери. Я сделаю нам по порции…

– Я не пью кофе, сэр, я эвримат.

– Хорошо, я дам тебе ионизированной воды. Так нормально будет?

– Да, сэр. Так сгодится.

– А я, признаться, без кофе никак не могу, – сообщил майор, подставляя под краник одноразовый стаканчик.