|
– Понедельник, если вам угодно.
– Какого года?
– Тысяча восемьсот второго, – запинаясь, отвечал Нильсен.
Тысяча восемьсот второго! В глазах у нее потемнело, в голове стоял ужасный шум, сердце готово было вот вот разорваться. Тысяча восемьсот второго! А Ксавье Блэкуэлла захватили в плен в тысяча восемьсот третьем, в июне! Все верно, она переместилась во времени, но попала в Триполи на год раньше!
Часть вторая
ПЛЕННИЦА
Глава 6
Бостон, 17 марта 1802 года
Шторы на окнах библиотеки особняка Блэкуэллов плотно задвинуты.
Ксавье Блэкуэлл стоит возле выложенного зеленым мрамором камина. В комнате царит полумрак. Хотя он знает, что снаружи, за стенами дома, вовсю сияет солнце – ни прелесть весеннего дня, ни птичий гомон не интересуют капитана.
Чего добивается от него Маркхэм Блэкуэлл?
Кажется, спор будет продолжаться вечно. И хотя Ксавье в нем не участвует, он внимательно вслушивается в каждое слово отца и дяди. Он обдумывает, что стоит за предложением Маркхэма. Великолепная возможность отомстить.
– Мы потеряли три отличных корабля и годы тяжкого труда, – гремел Маркхэм Блэкуэлл. – Гибель «Ферна» и «Эбби» выглядела не столь плачевно – слава Богу, их экипажам удалось спастись. Но в прошлом году мы потеряли «Сару»!
У Ксавье защемило в груди. Он покосился на отца, который буквально посерел от горя.
– Ты мог бы не напоминать мне о гибели «Сары», – промолвил Уильям.
Ксавье отвел взгляд в сторону. «Сарой» назывался их торговый корабль, вмещавший до шести тонн груза. Он направлялся из Марселя в Индию. По пути «Сара» была вынуждена вступить в жестокую кровавую схватку, продолжавшуюся четыре часа и стоившую жизни четырем членам экипажа. Остальные моряки лишь недавно были выкуплены у триполитанского паши вместе с теми жалкими остатками, которые некогда были красавицей шхуной. И без того унизительное положение усугублялось тем, что наглый и алчный паша потребовал от «Корабельной Блэкуэлла» построить новую десятипушечную шхуну – в придачу к невероятной сумме в пятьдесят пять тысяч долларов – в обмен на жизни захваченных в плен моряков.
Несмотря на протесты Ксавье, отец, державший в руках бразды правления, согласился построить и доставить шхуну в Триполи.
– За один этот год два корабля потерял и Виттолт, – продолжал Маркхэм, имея в виду компанию их конкурентов. – Черт побери, сорок пять его моряков томятся в плену в Алжире! Да и Брэддок лишился в этот сезон одного корабля. Когда все это кончится, Уильям?
Однако Уильям Блэкуэлл, старший из двух братьев, не желал сдаваться:
– Маркхэм, я отлично знаю об уроне, причиненном нашему флоту пиратами, и не забыл о несчастьях, постигших нашу семью. Но ведь мы только что отправили туда военную эскадру. Черт побери, пусть она сама выполнит то, ради чего ее послали в Средиземное море!
– Ты так ничего и не понял, – тяжело вздохнул Маркхэм, сенатор США от штата Массачусетс. – Они пойдут на все, лишь бы выставить Джефферсона круглым дураком! Они уверены, что на следующих выборах победит Гамильтон. Пойми, ведь три четверти морских офицеров – федералисты! Пока президентом будет Томас, они пальцем о палец не ударят, чтобы поставить дикарей на место. Не дай Бог, с их помощью авторитет Томаса возрастет!
– Что то я сомневаюсь, что морские офицеры все как один являются столь ярыми политиками федералистами, – упрямо возражал Уильям. – Неужели во всем флоте не осталось места порядочности и патриотизму?
– Ты слишком доверчив, – снова вздохнул Маркхэм. – Если бы ты покрутился в столице столько же, сколько я, ты бы так не говорил. |