Блэкуэлл снова обвел взглядом всех этих людей, с надеждой глядевших на своего капитана. Его охватило отчаяние. А ведь он должен был внушить им надежду на освобождение. Ибо только надежда даст им силы выжить, не сломаться в этом аду.

Таббс прошептал на ухо Ксавье:

– А еще нам постоянно приходится смотреть за Тимми, чтобы его не изнасиловали эти проклятые мавры!

Блэкуэлл снова посмотрел на юнгу. Тот и прежде не был толстым, а теперь выглядел просто как скелет.

– Туго тебе пришлось? – прижимая парнишку к себе, спросил капитан.

– Да нет, ничего, капитан, сэр, – бормотал бедолага, прижимаясь к нему и чуть не плача. – Честно, все хорошо.

Хотя ясно было, что это не так.

– Мы правда не давали его в обиду, капитан, сэр, – горячо воскликнул моряк по фамилии Соренсен.

– Молодцы, – кивнул Ксавье и добавил, обращаясь к Тимми: – Выше нос, малыш, теперь я сам о тебе позабочусь!

Тимми лишь кивнул, прикусив дрожащую разбитую губу. Ксавье отпустил его и похлопал по спине. А потом повернулся к морякам:

– Есть среди вас еще больные? Кроме Сэнди, кому нибудь еще нужен врач?

В ответ раздался отрицательный ропот, и кто то заверил:

– Мы все целы и невредимы, капитан, сэр. И чертовски рады вас видеть – уж простите, если я сказал что не так.

Товарищи подтвердили его слова кивками и ободряющими возгласами.

– И я тоже чертовски рад видеть вас – всех до одного! Вы не должны сдаваться, парни! Мы обязательно добьемся свободы – пусть для этого потребуются время и какой нибудь дьявольски хитрый план. – Блэкуэлл поднял глаза и увидел, как на мрачных лицах появляются неуверенные пока улыбки. – А пока главная наша задача – выжить, но остаться при этом верными сынами отчизны, которыми могут гордиться наши родные. И мы сделаем все, что от нас потребуется. Война только начинается.

Команда загудела.

Ксавье поднял руку, и все тут же замолкли.

– Будем вести себя тихо, – вполголоса проговорил он. – Будем покорны и терпеливы, чтобы не раздражать охранников и не вызывать лишних подозрений. Не обращайте внимания на их выходки. Это не будет трусостью. Это будет военной хитростью, с помощью которой мы рассчитываем одержать верх.

Матросы одобрительно зашептались. Ксавье надеялся, что все они догадались: капитан намерен устроить им побег. Хотя, конечно, он не стал говорить, что сначала им предстоит потопить «Жемчужину». Чем меньше людей будут посвящены в подробности» – тем лучше. Блэкуэлл отлично усвоил урок предательства, преподнесенный ему у мыса Бон и стоивший свободы ему самому и его людям.

Тревожно взглянув поверх их голов, он не заметил ни одного охранника. И все же его не оставляло сомнение, что здесь повсюду шныряют шпионы – и уж наверняка в тюрьме их предостаточно.

– А теперь пора повидать Сэнди.

Таббс сказал, что Сэнди на террасе. Блэкуэлл пошел туда. Тимми – за ним, буквально наступая на пятки, и Ксавье не мог винить малыша.

Проходя мимо ряда ремесленников, Блэкуэлл снова поймал на себе неподвижный взгляд писаря. При его приближении незнакомец отложил в сторону перо и встал: он оказался среднего роста, довольно хлипким, с темными, начинающими седеть волосами. В отличие от людей Ксавье он был одет в новое и чистое платье: шаровары, рубаху без ворота и красный короткий жилет. На ногах красовались простые, но добротные сандалии. Блэкуэлл замедлил шаги, заметив, что писарь идет к нему.

– Месье, силь ву пле – вы позволите вам представиться? – Темные глаза впились в лицо Ксавье. – Пьер Куисанд, к вашим услугам.

Ксавье кивнул, подумав, что это наверняка шпион Джовара или Кадара. Хотя, с другой стороны, вряд ли бы он стал привлекать внимание.